Давай сыграем в любовь (СИ)

И как бы подтверждая свою реплику, Руслан бьет рукой по плечу Германа. С виду может показаться этот жест чем-то дружественным, но я понимаю, в нем больше агрессии. Придурок…

Отворачиваюсь и забегаю на всех порах в подъезд. Больно. Слишком больно. Будто кислотой облили. И душу на части разорвали. И любовь мою вместе с ней. Хотя… все это лишь начало того, во что я умудрилась вляпаться.

Потому как следующий день меня окончательно уничтожит…

Глава 43

— Значит, у тебя теперь новая любовь? — спрашивает Ленка, уплетая мамин омлет на завтрак.

— Ты о чем?

— О Германе или как его, — впивается сестра взглядом. И смотрит так главное, словно пока я не выдам все явки и пароли — не отстанет.

— Мы — друзья.

— Друзья так не смотрят на девчонок, — подчеркивает Ленка. Да, я и сама понимаю, что Вебер ведет себя больше как парень, который добивается внимания, нежели близкий друг. И по логике мне нужно его оттолкнуть, переставать давать надежду, но я так истощена эмоциональными качелями с Русланом, что хватаюсь за Германа, как за спасительную соломинку. Подло? Очень. А что поделать? Нет, я обязательно ему скажу правду. Только чуть позже, выдохну немного.

— А у тебя как дела с преподом? — переключаю тему.

— Ой, да фигня, — сестра отмахивается. — Мы с ним так, ничего особенного. Ладно, мне на пары пора. Пока.

Она подскакивает и убегает. Мой план отлично сработал.

Доедаю в итоге в одиночестве, и только перед самым уходом в универ слышу мельком разговор родителей. Отец сегодня на больничном, спину прихватило, остался дома.

— Я уже ни в чем не уверен, — с каким-то отчаянием говорит он.

— Все будет хорошо, — поддерживает мама.

А дальше я не слушаю, ухожу, потому что и своих переживаний хватает. Бреду до остановки, погода сегодня противная до ужаса. Ветрогон, снег в лицо, все белым-бело вокруг, аж глазу больно. Приходится прищуриваться и шарфом обвязаться посильнее, чтобы не задувало.

В маршрутке достаю телефон, от Германа сегодня нет входящих. Обиделся видимо. Я еще вчера поняла, что он отдалится после моего поступка. И по-хорошему, надо бы написать самой, но я медлю, а потом и вовсе не до Вебера становится. На меня обрушиваются странные взгляды, перешептывания, будто со страниц соцсетей сошла звезда какая-то.

И вроде в лицо никто ничего не говорит, да только я интуитивно чувствую — что-то не так. Когда захожу в магазинчик перед первой парой, двое девушек, хихикнув, мажут по мне насмешливыми взглядами и уходят. В лифте вовсе народ от меня будто отдаляется. Ощущение такое, что стоять рядом со мной им противно.

Хорошо хоть Дашка в коридоре мне машет, иначе не знаю, я бы сбежала. Хотя нет — не сбежала. Я не из трусливых.

— Кристин, ты как? — Миронова берет меня за руку, участливо заглядывая в глаза. Звоночек, однако.