Даже если вам немножко за 30, или Герой (не) моего романа!

У Сабины был не такой сильный голос как у Анны Герман, но мурашки на руках мужа вызвать сумел. Я пела, глядя в глаза высочества, а видела родную Землю и то, как кружилась под эту песню с Юрой на нашей свадьбе. В какой-то момент горечь от несбывшихся надежд захлестнула меня, кинула в водоворот прошлого, но не затянула. Не затянула, потому что принц почувствовал перемену и нежно сжал мою ладонь, а затем и обнял, делясь своим теплом. Я немного запнулась на последнем куплете, но все же спела и его. И пусть я не верила, что в нашем случае будет именно такая любовь — вечная, но мечтать-то о такой любви не запрещено?

С минуту после того, как я закончила, принц молчал, а затем прошептал мне на ухо:

— Данерт.

Меня зовут Данерт.

— Бонд. Джеймс Бонд[2], — пробормотала я.

— Что?!

“Ой дуура!”

— Данерт, — протянула я, улыбнувшись. — Очень красивое имя. Благодарю за оказанное доверие.

Что я еще должна была сказать? Правда, я так и не поняла, почему муж нахмурился, да еще выжидательно уставился на меня.

Чего я не так сделала? Что я там бормотала он вряд ли расслышал. В коне концов, не в реверансе же опускаться, пришибленная оказанной честью…

И тут-то меня озарило!

Память Сабины нахлынула волной, унося меня из сада в просторную столовую в поместье Анлунирона.

Он тогда был прилично навеселе и охотно отвечал на любые вопросы обретенной родственницы. И когда Сабина невинно поинтересовалась, а как зовут будущего короля, тот не повелся, но честно рассказал о том, как должны вести себя лорд или леди, которым принц оказал милость, назвав свое имя до коронации.

Это целый ритуал с ручкоцелованием, точнее целованием перстов наследника и с произношением традиционной витиеватой фразы.

И вот этого я и не сделала. Конечно, можно списать на то, что я такого не знала, но что-то мне подсказывает, что об этом знают все, кто имеет высокий статус и кто приближен к королевской семье. К тому же… дядюшка Сабины ей об этом поведал.

И как выкручиваться?

— Данерт, ты сильно обидишься, если я не стану целовать твои пальцы? — Я решила брать быка за рога. Да и от этого “вы” давно скулы сводит. А тут и повод хороший: так сказать, познакомились. — Мы на природе, мало ли чего ты руками трогал, и их не мыл.

А у меня дети…

“Внутри, угу”

Я несла откровенную чушь, банально заговаривая ему зубы. Ну оплошала, с кем не бывает? К тому же, не общалась я раньше с птицами такого полета. Нет у нас королей и царей, давно нет. Есть правда такие как Пал Скотиныч, но он отдельная песня, его в легкую можно было сбить с мысли случайно расстегнувшейся на блузке пуговицей. И его запал сходил на нет.

Единственное, что потом отбиваться приходилось от предложений интимного плана.