Даже не мечтай!

Что-то серьезное конечно лечить не получалось, но стянуть простую чистую рану, прибавить сил или помочь раненому дождаться лекаря вполне могли. С возрастом эта особенность угасала. Так что привратница была только рада тому, что в доме есть молодой мужчина, способный поддержать новенькую.

Напоенная сладкой водой Галия быстро пришла в себя и принялась ужом сползать с колен лорда. Он тотчас усадил ее на лавку и вышел, предоставив Крине свободу действий. Привратница расстаралась — принесла тонкую нижнюю рубашку из белого полотна, потом помогла девушке надеть нижнее платье из розового шелка. Узкие рукава платья украшала скромная вышивка и такие же нежные цветочки тянулись по горловине. Верхнее короткое платье без рукавов было зеленым и едва достигало колен. Его отделка была куда богаче — широкая полоса бисерной вышивки по нижнему краю и такая же, но более узкая по вырезу.

— Вот еще поясок, — приговаривала добрая женщина, вручая Галие тканую полосу расшитую теми же цветами.

— Кто-то немало вечеров провел за работой, — проговорила девушка, проводя пальцем по красивому узору.

— Это леди наша. Скучно ей среди мужиков одной, вот и собирает к себе жен лордов на вечера. Рукодельничают, болтают, и шьют одежды для новеньких.

— А как же они размеры знают? — удивилась Галия, затягивая пояс на тонкой талии.

— Да тут хитрость есть, глянь-ка! — привратница показала девушке аккуратную шнуровку на боках. — Если девушка покрупнее, распустить можно. А если худенькая, как ты, то затянуть. Впрочем, — привратница вздохнула, оглядывая свою круглую фигуру, — к нам редко толстушки попадают.

Потом она помучилась с волосами девушки, уложив их в подобие короны:

— По-другому ни как не получается, детка, волосы слишком короткие.

Галия отмахнулась:

— Отрастут. Хорошо, что хозяйка мне ничего другого не отрезала, вон кузнец своему подмастерью ухо оторвал, крови было!

Крина аж вздрогнула от такой жестокости, но поспешила сменить тему разговора:

— Тебя лорд Иссиэль ждет, пора в замок ехать!

— Хорошо!

Женщины вышли из полутемной мыльни и, Галия зажмурилась, глядя на солнце и в один миг превращаясь в совершенное дитя. Иссиэль уже стоял в облике единорога и нетерпеливо топал копытом. Крина сама забросила Галию на спину зверю и помахала рукой:

— Приезжай в гости, девочка!

Дробный грохот копыт да облачко пыли было ей ответом.

Покачав головой, привратница пошла в сторожку, писать письмо первой леди. Мало кто знал, что не постаревшего воина перевели на эту должность, а ее. Был у толстушки-хохотушки дар, который с возрастом развился настолько, что первая леди предложила своей наперснице и подруге этот пост.

Перо скрипело по тонкой полоске тростниковой бумаги.