Дела Тайной канцелярии

– А эти? Думаешь, они смогут? Отребье, воры и голодранцы? С недоучившимися колдунами во главе?

Владимир подумал, потом медленно повторил:

– Порядок наведем мы. И этот человек нам поможет. Солдаты, что заняли Управление, уже патрулируют улицы. С ними отряды вооруженных людей с повязками, которых называют милицией. Они ловят бандитов и мародеров. Я получил личное предписание товарища Дзержинского грабителей и мародеров жрать на месте.

Иннокентий перевел взгляд на сапоги сидящего перед ним дива и усмехнулся. Владимир тоже посмотрел на свои ноги.

– Они со склада, – пояснил он, – я не снимал их с мертвого колдуна, это называется «экспроприация».

Были составлены накладные, подписаны документы по изъятию.

– Ты хочешь сказать, что бунтовщики соблюдают видимость законности?"

"– Не важно, что соблюдают они. Общественный порядок – один из наших Высших приоритетов. Бунтовщики не смогут его навести. Ты видел их чертей – их много, но с дисциплиной у них еще хуже, чем у солдат. Да и самый сильный из них недотягивает до уровня слабейшего из нас. Мне поручено приучить их к порядку. Но это не быстро. А наверху сидят в клетках без всякой пользы шесть обученных и сильных полицейских дивов.

Оставшихся без командира. А мы должны быть на улицах. Не время для гордости. Ты должен признать эту власть и надеть ошейник.

– Не ожидал от тебя такого красноречия.

– Я читал книги. И если ты прекратишь героически умирать и займешься своими прямыми обязанностями – мы очистим город за неделю. Это сейчас самое важное.

Иннокентий внимательно посмотрел на Владимира и спросил:

– Ты уверен, что нам позволят выполнять приоритет?

– Да, – без колебаний ответил тот. – Этот колдун занимается тем же самым.

Иннокентий попробовал сжать и разжать кисти рук. Боль прострелила по всему телу до колен, но пошевелить руками удалось. Нужно много еды, чтобы восстановить форму, но это уже проблемы бунтовщиков.

– Учти, Владимир, – чтобы придать вес словам, Иннокентий тоже использовал имя, – когда сюда вернется настоящая власть, я лично надену на этого колдуна наручники. И ты не сможешь защитить его, даже если захочешь.

Владимир редко использовал человеческую мимику при разговоре наедине. Но сейчас по его губам скользнула очевидная усмешка.

– С удовольствием уступлю тебе эту честь, – проговорил он и поднялся.

– Иди за колдуном. И передай ему, что у меня есть условие.

Колдун Дзержинский появился быстро. Однозначно, ждал поблизости завершения разговора.

– Говори свое условие, – сразу перешел он к делу.

– Супруга князя Юсупова и его дочь, – проговорил Иннокентий, – отпустите их. И когда они будут в безопасном месте, я признаю вашу власть и позволю себя привязать.

Колдун внезапно рассмеялся:

– Я думаю, они уже давно в Крыму.