Дела Тайной канцелярии

Наследник Тавора, молодой человек двадцати четырех лет от роду, восседал в раскладном кресле, окруженный друзьями, которые расположились на небольших стульчиках. Он поднял голову и с легким презрительным прищуром проговорил:

– Как видишь, у нас тут своя компания, и мы не ждем гостей. Продавать нам тоже ничего не следует, мы не нуждаемся в дурацком барахле. Если есть какое-то дело – говори. А нет – иди своей дорогой.

Педру, не переставая улыбаться, сделал пару шагов и оказался совсем рядом с наследником. Фамильяр, поправлявший дрова в костре, немедленно повернулся и сверкнул в свете огня глазами. Хорошо еще, что клыки не выпустил. Вот же горе-конспираторы! Впрочем, вполне понятно, почему здесь не жалуют гостей. Педру дернул плечами и не стал ходить вокруг да около.

– Дело у меня простое. Вы не будете регистрировать своего фамильяра как участника, почтенный сеньор, и выйдете на соревнования честной командой.

– Что-о? – Младший Тавора аж привстал. – Ты кто такой?

– Мануэль Рамос, – по-прежнему дружелюбно представился Педру. И замолчал, ожидая ответа.

– Так, – Тавора взял себя в руки, – ты из оргкомитета?

– Нет. Но если завтра на старте я увижу его, – он ткнул в фамильяра, который уже поднялся на ноги, – я немедленно сообщу в оргкомитет о нарушении правил.

Наследник снова посмотрел с презрительным прищуром и проговорил с нескрываемой ленцой в голосе:

– И сколько же ты хочешь за молчание, Мануэль Рамос?

Видимо, поняв, что нежданный визитер – лицо неофициальное, Тавора успокоился.

Педру демонстративно вздохнул.

– Мне кажется, я ясно выразился, – проговорил он, – и дважды повторять не намерен.

Он развернулся и, не дожидаясь ответа, направился к хозяйственным навесам. Надо было принести побольше дров для костра. Несмотря на прохладный вечер, расходиться по палаткам студенты не торопились и болтали, сидя у огня.

Конечно же, разговор с Тавора так просто закончиться не мог. Семь лет назад, когда наследник завалил три экзамена из шести, вместо попытки пересдать он устроил безобразный скандал. Его отец лично приезжал к дону Криштиану, пытался договориться, чтобы отпрыска не отчисляли. Педру не знал, что ответил повелитель, но вышел от него глава дома Тавора очень расстроенным. И неудивительно – даже если бы в тот раз у отца получилось добиться разрешения на дальнейшее обучение, Тавора-младший все равно был бы отчислен, только чуть позже. Мальчишка оказался откровенно слабым и совершенно не интересовался учебой.

Даже сейчас, вместо того чтобы добиваться победы постоянными тренировками, он решил схитрить. И так просто он не сдастся.

Не успел Педру отойти от лагеря и ста шагов, как услышал разговор.