Дела Тайной канцелярии

Надо успеть предупредить чертей Канцелярии, что демонессу следует брать живой.

Враг, несмотря на обретенную Владимиром кратковременную силу, настигал. А когда показалась знакомая крыша, Владимир понял – не успеть. Придется принять бой. Он резко развернулся и понесся на противника, за доли секунды сократив расстояние. И, оказавшись в зоне дистанционной атаки, ударил льдом. От неожиданности чертовка не успела увернуться.

Но надолго задержать ее не удалось. Почти сразу возле самого уха клацнули мощные челюсти, и огромная лошадиная голова появилась прямо перед клювастой волчьей мордой.

Пасть, полная острых зубов, открылась, и темное облако заклубилось внутри. И тут же понеслось в сторону попытавшегося разорвать дистанцию Владимира.

Но вдруг что-то полыхнуло, на мгновение ослепив и отбросив назад, и когда зрение вернулось, Владимир увидел, что дистанционное оружие чертовки летит прямо в нее, а между противниками в воздухе завис лебедь.

«Надо взять ее живой», – передал он Иннокентию.

«Исполняю», – прозвучало в голове в ответ, и Владимир бросился на врага, вцепляясь в пестрое крыло лошадиной химеры.

Снизу послышались крики, и один за другим появились черти Канцелярии: их колдуны наконец-то сообразили, что происходит.

«Живой, брать живой», – командовал Владимир.

В конце концов израненная чертовка рухнула на землю. Владимир опустился рядом и принял человеческий облик.

– Я должен сделать срочный доклад его сиятельству, господин колдун, – сказал он Якову Зуеву, ошарашенно наблюдающему, как его черт вместе с Иннокентием прижимают к земле бьющуюся чертовку.

– Да-да… Клетку… Срочно надо клетку, – пробормотал тот и пошел к дверям.

Владимир направился за ним. Больше всего ему сейчас хотелось в тепло.

Несколько часов Афанасий подпрыгивал как на иголках: знал, что чертяка кого-то сожрал. Собравшись с силами, он сумел-таки подняться, кое-как оделся и уже собрался ковылять в Канцелярию, когда явился чародей Петр. Он-то и рассказал, что Владимир сидит в клетке в подвале, и сожрал он ни много ни мало, а князя Куракина. Почему, чародей не знал. Но Афанасий не сомневался, что Владимир не стал бы жрать подозреваемого без веской причины.

Поэтому потребовал от чародея повышающий силы отвар и проводить до Канцелярии. Но Петр наотрез отказался, сказав, что греха на душу за помершего от перенапряжения сил колдуна не возьмет.

Когда он ушел, Афанасий, держась за стены, вышел на лестницу и, уже одолев первые ступени, увидел дворника Семена, который почему-то поднимался наверх спиной вперед и при этом непрестанно кланялся и лебезил. За ним по лестнице важно шествовал его сиятельство в сопровождении писаря и колдуна Резникова с чертом.