Дело нервного сообщника

Наступило время перерыва, мистер окружной прокурор, и суд объявляет о прекращении сегодняшнего заседания до завтра.

Глава 15

Перри Мейсон, Делла Стрит и Пол Дрейк проводили совещание в личном офисе Мейсона. Настроение у них было подавленное.

– Черт возьми, Перри, – сказал Дрейк, – может, тебе надо было все-таки провести перекрестный допрос Элкинса? Подловил бы его…"

"– Мог бы, конечно, – ответил Мейсон. – Но это не тот путь, которым надо вести этот процесс. Присяжные подобрались смышленые, Пол. Как только начнешь нудно и мелочно подвергать сомнению вещи, про которые всем все ясно, жюри тут же начнет думать, что ты боишься правды. Посмотри, что произошло в нашем деле. Гамильтон Бергер обложил меня со всех сторон, не оставив ни щелочки. Поражение на предварительном слушании его многому научило. Он понял, что к этому процессу он должен подготовиться тщательно, полно и всесторонне, чтобы для меня не оставалось ни малейшей зацепки. И, конечно же, он надеялся, что я разобью себе лоб о кирпичную стену, выдвигая мелочные возражения и проводя занудные перекрестные допросы. Таким образом я, конечно, мог бы выиграть два-три технических очка, но потерял бы симпатии присяжных. В этом деле все факты так хорошо ложатся в общую картину, так согласованы и плотно пригнаны, что никаких проволочек и мелкого ковыряния просто быть не может. Конечно, моя клиентка заверяет, что из револьвера, который она положила в «бардачок» своей машины, не стреляли и что это был тот самый револьвер, который она позже из этого «бардачка» достала. Она говорит, что отправилась домой на такси, чтобы сменить чулки и обувь, ибо после пробежки по холму они были так заляпаны грязью, что ей было стыдно в таком виде появиться на людях. Это может быть правдой. Но она уже лгала мне. И может, без сомнения, солгать снова. Женщина в отчаянном положении почти всегда будет стремиться приукрасить факты, чтобы они казались более благоприятными для нее.

– Будь я адвокатом, – заявил Дрейк, – я никогда бы не защищал клиентов, которые мне лгут.

– Тогда у тебя почти не было бы клиентов, – возразил Мейсон, – особенно в уголовных делах. Только в одном случае из пятидесяти клиент говорит тебе всю правду. А так почти все, независимо от того, насколько они виновны и насколько честны, пытаются приукрасить факты и утаить те из них, которые говорят не в их пользу.

– Что ты намерен делать? – спросил Дрейк.

– Боюсь, мне придется поставить все на одну-единственную карту – на подбитый глаз Езекии Элкинса, – ответил Мейсон. – Если я как следует потрясу его на перекрестном допросе и внушу присяжным, что этот подбитый глаз имеет громадное значение, может, мне удастся представить его убийцей Латтса.