Дело нервного сообщника

Думаю, мне необходимо было услышать комплимент – для поднятия духа, иначе я не стала бы на него набиваться. Да, ноги у меня ничего. Я знаю свои сильные стороны, мистер Мейсон, но временами я начинаю опасаться, что не знаю своих слабых сторон.

– Что вы хотите этим сказать?

– В жизни я руководствуюсь эмоциями. Рассудок, ухищрения разума – лишь тонкая оболочка моей натуры. Временами у меня возникают дикие необузданные порывы. Ну, вы понимаете, мистер Мейсон, в моей психике есть бездны, в которые я боюсь даже заглядывать. Я не очень-то умею держать себя в руках. И временами боюсь, что могу превратиться в злобного, опасного зверя. Некоторые женщины специально сближаются с любовницами своих мужей, чтобы присмотреться и понять, что есть у них такого, чего не хватает им. Видела я таких «подруг», с милым видом воркующих друг с дружкой, тогда как на самом деле они находятся в состоянии беспощадной холодной войны. Я бы так не смогла. Я бы тут же вцепилась сопернице в глотку. И я знаю, что не могу доверять самой себе. Мне надо попросту держаться подальше от этой женщины, вот и все.

– Это, пожалуй, хорошая идея, – сказал Мейсон.

– Насчет чего?

– Держаться подальше от Рокси.

– Вы правы. Но давайте не будем больше говорить о ней, ладно?

Они спустились на первый этаж. Миссис Харлан впереди, Мейсон за ней. Она открыла входную дверь, отпустила юбку и замерла на мгновение в дверном проеме. Яркое солнце пробилось сквозь легкую белую ткань, и очертания фигуры Сибил стали прекрасно видны. Она подняла обе руки, поправила прическу и взглянула через плечо на Мейсона.

– Думаете, у меня есть шанс?

– Я бы сказал, довольно приличный шанс.

Придерживая дверь, она вышла на солнечный свет. Мейсон последовал за ней. Миссис Харлан закрыла дверь на ключ.

– Граница идет вот отсюда на северо-восток, – сказала она. – Видите, где остановились земляные работы? После дождей и на нашем участке возникли промоины.

– И их будет еще больше, когда снова пойдут дожди, – сказал Мейсон.

– Думаю, да. Но какая, в конце концов, разница? Дом все равно будут сносить. Подумайте только, мистер Мейсон, какие истории мог бы он поведать! Когда-то это был роскошный особняк в элитном пригороде. Это были дни, когда автомобиль еще не вытеснил лошадь, а в город и обратно добирались на пригородном трамвае. Прекрасные женщины поднимались по ступеням этих лестниц. Дом видел свадьбы, рождения детей, похороны… А потом сюда въехали совсем другие люди – серые, заурядные, ординарные… их сменили еще более серые. Представляете, что это были за люди, оставившие после себя весь этот хлам и мусор? Ужасно видеть останки красоты…

Она стояла, повернув залитое солнцем лицо к адвокату. Горечь и угрюмая жесткость читались на этом лице.