Дело нервного сообщника

– Вношу предложение относительно того, что патроны, равно как и фотографии, должны фигурировать в деле под соответствующими номерами и в любое время могут быть затребованы судом в качестве вещественных доказательств, – заявил Гамильтон Бергер.

– Не возражаю, – кивнул Мейсон.

– Это все, – сказал Бергер.

– У защиты нет вопросов, – сказал адвокат.

Судья Хойт прочистил горло.

– Мистер Мейсон!

– Да, ваша честь.

– Суду известны факты, что порой адвокаты пытаются получить преимущество над судом.

– Да, ваша честь.

– Я не обвиняю вас в этом.

– Спасибо, ваша честь.

– Но я знаю, что временами находчивые, но находящиеся в безнадежном положении адвокаты воздерживаются от допроса свидетелей, чтобы потом выдвинуть обвинение, что на них было оказано давление со стороны судей и прокурора и поэтому они не смогли провести допрос. Мистер Мейсон, заверяю, что суд не препятствует вам проводить опрос свидетелей в должном порядке. Суд также считает, что таковой опрос является долгом защитника по отношению к своей клиентке.

– Да, ваша честь.

– А теперь, в свете всего вышеизложенного, не желаете ли вы подвергнуть перекрестному опросу любого из выступивших здесь свидетелей?

– Нет, ваша честь.

Судья Хойт сказал:

– Прошу занести в протокол, что суд в очередной раз предоставил защите возможность опросить свидетелей, но защита отказалась воспользоваться этой возможностью.

– Всегда полезно подстраховаться, – приветливо заметил Мейсон.

Гамильтон Бергер сверкнул глазами в его сторону.

– Вызывается Гарольд Оглсби, – сказал он.

К стойке подошел Оглсби, произнес слова присяги и представился как полицейский детектив.

– Вы допрашивали подозреваемую утром четвертого числа текущего месяца?

– Да, сэр.

– Это было на следующий день после того, как было найдено тело Джорджа Латтса?

– Да, сэр.

– Вы настаивали на том, чтобы она давала показания?

– Я ознакомил подозреваемую с ее правами. Я сказал, что любое ее высказывание может быть использовано против нее. Я сказал, что если она может представить какое-нибудь объяснение, почему она оказалась у места преступления во время, близкое к его совершению, то есть любое объяснение, которое может быть признано удовлетворительным, то мы ее отпустим.

– Делала ли подозреваемая какие-нибудь заявления?

– Нет.

– Объяснила ли она свое пребывание на месте преступления?

– Нет.

– Минутку, – сказал судья Хойт. – У вас есть какие-нибудь возражения, мистер Мейсон?

– Нет, ваша честь.

– Что ж, тогда вместо вас такое возражение выдвинет суд, – заявил судья Хойт. – Миссис Харлан не обязана давать объяснения. Я обращаю ваше внимание, что перед нами не тот случай, когда подозреваемый конкретно обвиняется в совершении преступления и не может опровергнуть обвинения.