Дело о двойняшке

Я получил фотографию от детектива, прибывшего в зал суда несколько минут назад в ответ на телефонный разговор, состоявшийся у меня с ним вчера вечером, в котором я попросил его привезти сюда фотографии Морин Монро.

В последовавшей тишине послышались женские рыдания."

"Судья Алворд посмотрел на Нэнси Джилман – плакала она.

– Объявляется перерыв до десяти часов завтрашнего утра, – сказал судья и повернулся к Гамильтону Бергеру: – А за это время полиция должна приложить все усилия, чтобы докопаться до сути этого дела. Сложилась ситуация, с которой необходимо разобраться.

– Хорошо, ваша честь, – кивнул пристыженный Гамильтон Бергер.

– Слушание закрыто, – произнес судья Алворд.

Он повернулся к Перри Мейсону и посмотрел на него с удивлением и уважением, перед тем как покинуть зал.

Глава 17

Пол Дрейк появился у Мейсона в конторе во второй половине дня."

"– Хартли Эллиотт во всем признался, – сообщил он. – Конечно, все стало очевидным после того, как Нэнси Джилман сделала свое заявление. Нэнси родила девочек-двойняшек. Это оказались однояйцевые близнецы. Она понимала, что не может оставить себе двоих, но одну она хотела оставить. Нэнси – удивительно умная и находчивая женщина. Она решила хорошо устроить вторую девочку. Каким-то образом она выяснила, что миссис Дж. В. Монро из Реддинга только что родила олигофрена. Женщина была убита горем. Нэнси организовала подмену, и чета Монро вернулась в Реддинг с красивой дочуркой. Девушки похожи как две капли воды. Даже сейчас их практически невозможно различить. Когда Хартли Эллиотт познакомился с Гламис, он поразился удивительному сходству. Он тайно начал расследование, для которого нанял Веру Мартель. Вере не понадобилось много времени, чтобы разобраться в том, что случилось. Вера решила обмануть Хартли Эллиотта и тем самым подписала свой смертный приговор. Хартли Эллиотт планировал или шантажировать Нэнси Джилман, или продать информацию Роджеру Калхоуну. Вера выяснила, что Джон Верман Хасселл оставил в своем завещании значительную сумму денег отпрыску Нэнси, рожденному примерно через шесть месяцев после даты их последней встречи. Она также выяснила, что Нэнси, не афишируя, удалось убедить наследников Хасселла, что Гламис и есть тот ребенок. В результате Нэнси передали крупную сумму денег. Здесь мы сталкиваемся с хитрым юридическим вопросом. Она не получала наследство, она договорилась об урегулировании вопроса с братом и сестрой Хасселла. Также учти, что Морин так официально и не удочерили. Чета Монро просто представляла ее как собственную дочь.