Дело о пустой консервной банке

Мейсон выпрямился, держа в руке кружочек жести, подошел к банке, в которой стояли кисти, и поднес его скрученным заусенцем к зазубрине в верхней части банки.

– Тютелька в тютельку, – констатировал Стил.

Артурчик живо протянул руку.

– Ого, мистер Мейсон, – сказал он, – дайте мне…

– Артурчик, – упрекнула миссис Джентри, – не мешай мистеру Мейсону.

– Снизу на поверхности как будто что-то нацарапано, – сказал Мейсон, – ощущается шероховатость. Дайте-ка мне подойти поближе к окну, чтобы падал свет…

– Это же код! – возбужденно завизжала Ребекка. – Там что-то написано… нацарапано на жести! Я так и знала! Просто была уверена в этом! Говорила же я тебе, Флоренс, а ты меня не слушала…

Мейсон извлек из кармана карандаш и вырвал листок из блокнота.

– Запишите, пожалуйста, буквы, – попросил он, – которые я буду сейчас читать.

– Можно я? – живо вызвалась Ребекка.

Мейсон передал ей бумагу и карандаш, поднес крышку к свету, так чтобы он падал сбоку, и прочитал:

– «ВЛГАВЛ ВКИАК ГМАВВ ЗДГБВД ВДИАГГ ЖИЛАГВ ВМГЖБГ ЛЕБВЗ ВМЖЖБК».

Мейсон взял переданный ему Ребеккой клочок бумаги и тщательно сличил буквы, написанные ею, с оригиналом.

– Никак не пойму, какое это может иметь отношение к тому, что случилось в доме напротив? – Миссис Джентри откровенно недоумевала.

Мейсон сунул в боковой карман пиджака жестяной кружочек с острыми краями.

– Возможно, совпадение, – предположил он. – Но довольно любопытное. Вот и все, что я могу пока сказать. Кто из вас слышал выстрел?

– Я, – отозвалась миссис Джентри."

"– А я крепко спал, – с сожалением заметил Стил. – Меня разбудил какой-то шум. По-моему, уже все кончилось, когда я окончательно проснулся, но попытался восстановить, что же меня разбудило. И у меня создалось впечатление, что было два выстрела.

– Вы заявляли об этом лейтенанту Трэггу, начальнику отдела, занимающегося убийствами? – спросил Мейсон.

– Как будто нет, – ответил Стил. – Кажется, он определенно считает, что был лишь один выстрел, и я не стал его разубеждать. Мои воспоминания очень смутны – попробуй-ка припомнить шум, который тебя пробуждает от крепкого сна… Просто какое-то смутное ощущение – как эхо в уголке сознания… Если, конечно, понятно то, о чем я говорю.

– Я хорошо вас понимаю, – сказал внимательно слушавший Мейсон. – И вы описываете все это просто прекрасно! Я бы вам посоветовал связаться с лейтенантом Трэггом и сказать ему, что, еще раз проанализировав свои ночные впечатления, вы полагаете, что было два выстрела.

– Нет, не два, – азартно настаивала Ребекка. – А только один! У меня не было сна ни в одном глазу, и я сначала подумала, что это автомобильный выхлоп, но потом, я уверена, был только один выстрел.

Мейсон, вопросительно подняв брови, повернулся к Артурчику.