Дело Рихарда Зорге

Так что Мияги пришлось вновь вернуться к этой задаче особой важности, которую он забросил предположительно, по указанию Зорге, еще весной 1936 года.

Однако калибр поставляемой Мияги информации все возрастал по мере того, как развивались его связи и ширились источники. Сюда можно было включить и небольшое число людей, которых можно было бы назвать субагентами организации Зорге. Мияги надеялся, как он говорил Зорге в 1934 году, создать национальную сеть доверенных информаторов в большинстве районов страны. Но этого он так никогда и не смог достичь «из-за недостатка подходящих людей».

И тем не менее временами он мог положиться, подобно Одзаки, на информацию из самых неожиданных кругов, так же, как и на своих сознательных помощников. Но у Мияги уже был помощник, работавший на него, — знакомый по калифорнийскому периоду Акийяма Койи, приехавший в Японию за несколько месяцев до Мияги.

Миссис Китабаяси, квартирная хозяйка Мияги в Лос-Анджелесе, познакомила Мияги с Акийямой у себя дома еще в 1931 году. Акийяма тогда работал в газете, издававшейся на японском языке под названием «Nicht-Веі Shim-bun», и, похоже, оказывал немалую помощь и поддержку Мияги, рецензируя и рекламируя выставки его картин.

Это был человек средних лет, родившийся в 1889 году.

Оказавшись в Токио, Акийяма, похоже, был далек от процветания, и Мияги, вскоре приехавший в Японию и, без сомнения, помнивший о хорошем отношении Акийя-мы к нему в Калифорнии, начал помогать другу, давая ему от двадцати до тридцати иен в неделю — скромную, но никоим образом не презренную сумму в те дни. Акийяма, вероятно, мог поинтересоваться у Мияги, не может ли он послужить ему каким-то образом.

А может, предложение исходило от самого Мияги. Но, так или иначе, вскоре Акийяма уже делал письменные переводы для Мияги с японского на английский, получая почасовую плату."

"Готовя отчеты для Зорге, написанные по-японски, Мияги старался пользоваться исключительно черными чернилами, поскольку отчеты потом перефотографировал Вукелич для дальнейшей передачи «Коминтерну» и для этих целей черные чернила подходили лучше, чем синие. Однако часто бывали такие отчеты, которые представляли непосредственный интерес для самого Зорге, и потому требовалось срочно и точно перевести их на английский.

Переводчиком в большинстве случаев был Акийяма, пользовавшийся синими чернилами, и Мияги решил не говорить Акийяме, что бумаги подлежат фотографированию. Акийяма, закончивший коммерческий колледж в Калифорнии, без сомнения, лучше владел английским, чем Мияги, и потому, когда срочно требовался перевод, Акийяма садился за работу и работал по четыре часа без передыху, в зависимости от размеров и сложности содержания переводного материала.