Капкан для двоих

Было волнение, небольшой страх, но сейчас это животный ужас, раздирающий внутренности. Кто эти люди? Зачем они следят за нами? Что собираются делать? Вопросы роятся в моей голове, а ответов нет.

– Амир, у тебя медовый месяц, – напоминает Стас моему мужу.

В этот момент хочется выйти и сказать: «да, дорогой, у тебя медовый месяц, и ты никуда не пойдешь». Но я так никогда не поступлю. За три года, которые я прожила в доме Чехоевых, я многое усвоила и поняла. Они настоящие мужчины, и если нужно идти воевать, они не будут слушать женщин, даже очень любимых. Тут только смириться и отпустить. Сидеть и молиться, чтобы вернулись живыми. Амир никогда не спрячется за спинами других, своих врагов он встретит лицом к лицу.

– Я помню, Стас, – твердый ответ недрогнувшим голосом.

– Давай я пойду…

Еще до того, как заговорил Амир, я знала, что он скажет."

"– Ты останешься с Кариной. Глаз с нее не спускать. Отвечаешь головой, – по коже проходится волна дрожи, на глаза набегают слезы. Тут и страх, и любовь, и благодарность за то, что он такой – настоящий мужчина. Не прячется за спинами, сделает все, чтобы защитить.

– Понял, глаз не спускать…

Дальше я не слушаю, в любой момент Амир может вернуться. Спешу в кухню, стараюсь бежать на носочках. Не успеваю выровнять дыхание, уверенные шаги звучат совсем рядом. Беру вилку в руку, поддев пасту, тяну в рот. Амир подходит, поднимаю на него взгляд, он смотрит не на меня, а на тарелку с остывшей пастой.

– Подслушивала, – констатирует он. – Что мне с тобой делать, выдрочка? Наказания на тебя не действуют, – ведет головой из стороны в сторону, еще бы вздохнул громко и выдохнул тяжело.

– Можешь остаться и попробовать еще раз наказать… или несколько раз, – делаю заманчивое предложение, замечаю, как оно находит отклик, но Амир непоколебим.

– Из дома до моего возвращения не выходишь, – жестко произносит он, из голоса пропадает мягкость. Давит своим взглядом, я даже сама не понимаю, как соглашаюсь и киваю. – Твой телефон я отдам Стасу.

– Зачем?

– Так надо, Карина.

– Не объяснишь? – завожусь я. И дело не в телефоне, пусть забирает. Дело в страхе, который мешает сердцу биться в привычном ритме. Вдруг с ним случится что-то плохое?

– Не сейчас. Мне нужно переодеться и выдвигаться.

– Кто эти люди? – в спину летит вопрос.

– Я хочу это выяснить, – возвращается и останавливается совсем близко. – Карина, я тебя прошу сидеть дома и верить в меня. Ничего не предпринимай. Лучше хорошо поешь и отдохни, когда я вернусь, силы тебе понадобятся, – притягивает к себе и целует, а у меня ком в горле, и слезы подступают. Приходится зажмуриться, чтобы Амир не догадался, в каком состоянии оставляет меня. Он должен быть спокоен.