День «Б»

 — Соколов взглянул на соратников по боям.

— И ребят не обидели, — кивнул Збраилов, — Крутиков теперь капитан, а Костя — старлей, оба с «Отечественными войнами» 1-й степени…

Владимир тяжело, рвуще закашлялся. Офицеры с тревогой уставились на него.

— Все в порядке, — отмахнулся Соколов. — Вы лучше расскажите…

— Четверо англичан в Москве, — заговорил Крутиков, — двое погибли, еще один пропал неизвестно куда…

— Не пропал, — поправил Збраилов, — а был расстрелян немцами в Польше два месяца назад. Они в газетах своих писали, как раскрыли английского шпиона…

— Коля Чёткин погиб, — вздохнул Крутиков.

 — А в лесу, недалеко от того места, где мы десантировались, наши бойцы нашли тело Васи Загладина… Его убили таким же выкидным ножом, как и Антона. Перед гибелью он отстреливался.

— Знаю, — прохрипел Соколов. — Этот же человек убил Рихтера, ранил меня и англичанина. Я с ним поквитался…

Офицеры изумленно переглянулись.

— Ладно, расскажешь позже, — мягко произнес Збраилов, — а сейчас тебе лучше не волноваться.

— Ребят… похоронили?

— Конечно, — поспешно сказал Плескачевский.

 — Мы еще фронтовому «Смершу» сообщили, где искать тела…

— А Латушку поймали?

— Нет, — покачал головой Збраилов, — он покончил с собой утром второго июля.

Буквально через полчаса после своего «выступления» по радио. Застрелился в главном костёле Минска на глазах у многих свидетелей… Перед этим убил католического священника.

— Зато взяли его ближайшего соратника, Супруна. Он неплохо расслабился в компании одного из англичан, — с улыбкой сказал Крутиков.

— Значит, пленка, которую записал Валя, не пригодится… — вздохнул Владимир.

— Почему не пригодится? — возразил Збраилов. — Это же отличный козырь в борьбе с белорусским эмигрантским правительством. Закинем пленку за рубеж и посмотрим, какой переполох поднимется там, как все начнут подозревать друг друга в измене и как на это среагируют немцы. Они, кстати, могут и вовсе эту контору прихлопнуть, а нам это только на руку!

— А что стало с теми англичанами, которых мы взяли? — продолжал расспрашивать Соколов.

— Их собирались вернуть на родину, все-таки союзники, — пожал плечами Збраилов.

 — Но Англия рогом уперлась — знать таких не знаем, и все тут!.. Так что получили голубчики по своей десятке…

— А тот, которого я спас?..

— А это твой сосед, — улыбнулся Збраилов. — Лежит за соседней стенкой. Его пока не судили — крайне тяжелое состояние…

Соколов кивнул и устало сказал:

— Если бы вы знали, братцы, как надоело тут лежать! Скорей бы на поправку да новое задание!.."

"— Вот неугомонный, — покачал головой Збраилов, — врачи говорят — оклемаешься не раньше февраля.