День Рождения

В эту минуту он был похож на мальчишку, необычайно довольного собой и счастливого. — Но и вы тоже, мисс Уайатт. Вы тоже знаменитость, причем не меньшая."

"Их взаимное уважение и признание успехов и заслуг друг друга делали их равными в зарождающихся отношениях. Раньше Джек всегда появлялся на публике с женщинами, которым он нравился, но которые мало чего сами добились в жизни. Слишком юные, они ничего собой не представляли, за исключением разве что профессии — в основном манекенщицы нью-йоркских подиумов. В этом и заключался главный недостаток романов с молодыми женщинами.

Кроме броской внешности и юных тел, они ничего не могли ему предложить. С Валери было куда интереснее, и даже разница в возрасте совершенно его не смущала. Джек нисколько не ощущал того, что она старше, причем на целый десяток лет. Да она и не выглядела на свои шестьдесят. Они казались ровесниками. Джек никогда бы не признался в этом, но и он тоже подкорректировал веки и делал уколы ботокса. Моложавый облик играл важную роль не только в его карьере спортивного обозревателя. Не говоря уж о том, что способствовал успеху у женщин. Одно дело — быть старше девушек, с которыми встречаешься, а вот выглядеть на свой возраст — увольте! Старость была ему ни к чему.

Они с Валери вернулись к ужину, где она внесла последние штрихи в сервировку стола: поставила серебряные подсвечники, зажгла свечи и выбрала тарелки с широкой серебристой каймой. Вещи в квартире Джека были простыми, типично мужскими, однако самого лучшего качества. Заглянув в кухонный шкаф, Валери заметила, что подсвечники у него «Картье», тарелки «Тиффани» и сделаны по персональному заказу в Париже — на донышке стояло его имя.

Джек Адамс был из тех, кто любит и ценит дорогие вещи и все лучшее, что только способна предложить жизнь. Валери отметила его несомненный вкус и чувство стиля. Джек прошел долгий путь — от обычного футболиста до звезды спорта, на этом пути к славе он обрел знание многих тонкостей и понимание красоты, не растеряв при этом прирожденной простоты и непосредственности. Именно эти качества и нравились в нем женщинам. Джек был звездой первой величины и в то же время вполне земным человеком.

Опираясь на костыли, он доковылял до стола и одобрительно кивнул.

— В искусстве сервировки вам действительно нет равных! Не каждый может похвастаться тем, что стол ему накрывала сама Валери Уайатт. Я польщен, — искренне произнес Джек. Валери рассмеялась и сделала глоток шампанского. Ей было очень уютно в его доме, да и он, похоже, был рад ее присутствию и держался вполне непринужденно.

Валери расставила на столе тарелки с едой. Джек выключил верхний свет, включил музыку, они сели. Сиделка ушла сразу, как только пришла гостья.