Дерзкая
За многочисленными дверями Рая скрывались самые разнообразные и удивительные миры. Многие были похожи на нашу обычную жизнь, но всевозможные нюансы в природе, манерах людей, деталях материальной культуры были настолько поразительны, что каждая реальность, в которую я попадала, представлялась сказкой: то смешной, то подозрительно опасной, то открытой и доброжелательной, то откровенно и неприкрыто страшной. Многие из увиденных мной в реальностях деталей были удивительно мне знакомы: я не раз читала о подобных мирах в романах «фэнтези». Раньше я всегда поражалась богатой и нестандартной фантазии писателей, удивляясь совершенно невероятным ходам, сюжетам и ирреальной атмосфере книжных событий. Мне казалось, что я сама никогда бы не додумалась ни до чего подобного. Теперь же мне стало понятно, что они просто воплотили на бумаге все то, что когда-то лично видели во сне. Они всего лишь умели хорошо запоминать свои сны и, несомненно, обладали даром связывать кусочки собственного восприятия в некое целостное и почти материальное произведение.
Хозяин приглашает сюда только избранных гостей Поэтому, извините, но вам придется немного пройти вперед по улице, и вы найдете там достаточно современный отель…
— Неужели нельзя хотя бы одну ночь провести у вас? Представьте, мне хочется остановиться именно здесь…
— Извините, но это невозможно…
Странные цокающие звуки, раздавшиеся с деревянной лестницы, заставили мужчину оборвать возражения на полуслове. Сверху спускалась большая черная собака, похожая на пинчера, но размерами больше самого крупного ньюфаундленда. Собака, казалось, не обращала внимания ни на меня, ни на мужчину.
Новое цоканье когтей по полу раздалось где-то совсем рядом, но никого не было. Похоже, очередная собака не решалась сойти с лестницы в холл. Не сводя глаз с нижних ступенек, я напряженно вслушивалась, но звуки не повторились.
— Слушаю вас, — раздался вежливый голос, и я вздрогнула от неожиданности.
За стойкой стоял совершенно другой человек, одетый так же, как и предыдущий, только лицо его, гораздо более бледное и даже влажное, совсем не было деревянным и бесстрастным, как у его предшественника.
— Я хотела снять номер, но мне тут только что сказали…
— Я должен попросить прощения за своего работника, — прервал меня собеседник, развернул к себе книгу и взял откуда-то снизу ручку. — Произошла ошибка.
— Тогда мне нужен обычный одноместный номер.
— Номер 9, я полагаю? — осведомился странный администратор.
— Отчего же вы так полагаете? — я постаралась ничем не показать, что подобная проницательность, столь ненавязчиво продемонстрированная мне в такой пустой, темной гостинице, населенной, похоже, одними собаками, не на шутку напугала меня.
— Я полагаю, что он вам подойдет, — так же ровно поправился администратор.
— Что ж, если он не хуже прочих.
— Отнюдь. Представьтесь, пожалуйста, — он занес ручку над страницей.
Я ощутила твердую уверенность, что придумывать вымышленное имя нет смысла.
— Орешина Екатерина Ивановна.
— Цель посещения вы сообщать не обязаны, но если пожелаете…
— Частное расследование, — мне захотелось сделать вызов, и я вложила в свои слова как можно больше спокойствия и уверенности в себе.
— Я провожу вас, — он никак не отреагировал на мои слова, вынул из ячейки ключ, прикрепленный к тяжелой деревянной груше и пошел впереди меня к лестнице.














