Дерзкая
За многочисленными дверями Рая скрывались самые разнообразные и удивительные миры. Многие были похожи на нашу обычную жизнь, но всевозможные нюансы в природе, манерах людей, деталях материальной культуры были настолько поразительны, что каждая реальность, в которую я попадала, представлялась сказкой: то смешной, то подозрительно опасной, то открытой и доброжелательной, то откровенно и неприкрыто страшной. Многие из увиденных мной в реальностях деталей были удивительно мне знакомы: я не раз читала о подобных мирах в романах «фэнтези». Раньше я всегда поражалась богатой и нестандартной фантазии писателей, удивляясь совершенно невероятным ходам, сюжетам и ирреальной атмосфере книжных событий. Мне казалось, что я сама никогда бы не додумалась ни до чего подобного. Теперь же мне стало понятно, что они просто воплотили на бумаге все то, что когда-то лично видели во сне. Они всего лишь умели хорошо запоминать свои сны и, несомненно, обладали даром связывать кусочки собственного восприятия в некое целостное и почти материальное произведение.
Меня он не мог не заметить и не почуять, но не обратил на меня никакого внимания.
— Ты нам нужен, — произнес Извеков. — Нужен немедленно."
"Пинчер отпрянул и встал неподвижно. Он смотрел на Валерия, не отворачиваясь и никуда не двигаясь.
— Саша, ты нам нужен, черт возьми! — закричал Извеков, и пинчер метнулся в сторону.
Собака медленно повернула голову и уставилась на меня. Даже в слабом освещении, исходившем от экрана, было хорошо видно, что на огромной собачьей морде сами по себе живут человеческие глаза.
Зашуршала, открываясь, боковая дверь в стене комнаты, цокот когтей собаки стих за этой дверью.
— Знает же, что я не люблю общаться с ним, когда он в таком виде…
Через полминуты из боковой двери вышел Александр в таком же комбинезоне, как у Валерия. Я несколько минут соображала, что же произошло, но не смогла придумать ничего более разумного, чем счесть все произошедшее за живую иллюстрацию к монологу Валерия об оборотнях. Необычных размеров пинчер, уже не раз встречавшийся мне, все время предшествовал появлению Александра.
Александр сел в свободное кресло и, ни слова не говоря, закрыл глаза. Лицо его было все таким же мокрым — результат превращения? — и измученным. Валерий нетерпеливо стукнул ладонью по столу: Рассказывай, Кате нужно знать, чем кончился твой визит к Орешину.
— Если бы Орешин не знал, кто я такой, все кончилось бы дыркой в моей мертвой голове. Хорошо еще, что Середы не было в номере.
— Где же он шатался ночью? — поинтересовался Валерий, — Я надеюсь, он не прячется где-нибудь на моем этаже с огнеметом.
— Это теперь только твои проблемы, — равнодушно сказал Александр.
— Я не успел показать Кате кое-какие записи, из моих наблюдений. Я боюсь, что она все еще неверно меня понимает…
Младший Извеков мрачно рассмеялся.
— Может быть ты все-таки скажешь мне, что было сегодня в гостинице у Юрия, — вмешалась я в их натянутое общение.
Александр бросил на меня недобрый взгляд и проворчал:
— К счастью, ничего. Поговорили, вспомнили старых друзей, службу… Да, тебе привет, — добавил он с издевкой.
Валерий снова хлопнул ладонью по столу:
— Саша, я хочу, чтобы ты объяснил Кате все, что у нас тут происходит. И покажи ей двери, проведи по нескольким реальностям…
— Какого черта, Валера? — Александр презрительно сморщился. — Мне нет резона участвовать в ваших делах. Я ждал от тебя другого, и не хочу больше заниматься всем этим.
— Я же обещал, значит, сделаю, — проговорил Валерий. — Но я же понимаю, что как только отпущу тебя, останусь один.














