Дерзкая овечка, или Как охмурить своего босса

– Нет, нет и нет! И слышать ничего не хочу! Мне совершенно все равно, насколько безопасна ваша «тарзанка». Я умру на первых секундах полета, как вы не понимаете? – вопила я, почему-то продолжая карабкаться вверх – туда, где на небольшой площадке готовился к трюку игрок команды-соперника.

– Ты?! – удивилась я, поняв, что им является сын Петрова и Ангелины. – А разве детям можно выполнять подобное?

Бледный как мел мальчишка только плечами пожал.

– Папа сказал: «Нужно», – пробормотал он испуганно.

– А ты сам-то чего хочешь? – поинтересовалась я доверительно.

– Я? – удивился Костик. Судя по его реакции, не удивлюсь, если стала первой, кто поинтересовался его желаниями. – Сам я хочу лежать дома на диване или играть в комп, – усмехнулся паренек. – Но папа говорит, что так я ничего не добьюсь в жизни, стану лузером и вообще…

– Интересно, что означает это «вообще», – сказала я. – Кстати, для ребенка твоего возраста у тебя вполне нормальные желания. Тем более учитывая оказываемое извне давление.

В глазах Костика я прочла удивление вперемешку с благодарностью. Решив, что клиент «созрел», предложила:

– Слушай, а давай пошлем их всех к черту? Вместе! Открою тебе страшную тайну, – прошептала я Костику на ухо, – боюсь я этой тарзанки до… В общем, чрезвычайно опасаюсь, – подобрала я более приличествующий беседе с ребенком оборот.

 – Ну что? Совершим побег? Наплюем на папу с его «нужно»?

Глаза парнишки загорелись азартным блеском, но тут же погасли.

– Нет. Я должен, – тихо произнес он и шагнул вниз, завопив что есть мочи. Какое-то время мальчишка просто летел камнем вниз, но вот эластичная веревка натянулась, словно резинка, а затем дернулась и подняла легкое тело вверх.

Костя только чуть-чуть не долетел до площадки и вновь рухнул вниз. Так продолжалось несколько раз. Причем каждый последующий чуть уменьшал амплитуду колебаний. В конце концов веревка дернулась последний раз, повисла и принялась раскачиваться, словно маятник часов, из стороны в сторону.

Инструкторы привычным движением подтянули ее вместе с мальчиком обратно на площадку. На Костика было больно смотреть: лоб покрыт испариной, синие губы трясутся мелкой дрожью, глаза горят безумным блеском.

– Это круто! – неожиданно прошептал он, обращаясь ко мне. – Обязательно попробуйте! Страшно, но незабываемо!

И я попробовала. В отличие от Костика, обошлась без звукового сопровождения. И не потому, что не боялась, а потому, что не было сил на подобное проявление эмоций. Когда летела вниз, просто окаменела, представляя, как веревка неожиданно оборвется и я камнем рухну на землю. Но затем… Затем я неожиданно поняла, о чем говорил ребенок.