Десять поцелуев, чтобы влюбиться

Маму вообще святой считал, раз она отца после всего дерьма простила, да ещё и ребёнка со стороны приняла, как своего.

– Ну вот так, Дим. Это бизнес. Я всегда знала, что не выйду замуж по любви. Как и Серёжа. У каждого своя жизнь, счастливая семья лишь на публике.

Вот дела!

– А потом что? – заинтересованно спросил, напоминая собой бабульку перед экраном телевизора, где показывают очередной бразильский сериал.

– Когда у нас появился ты, у меня началась очень серьёзная послеродовая депрессия. Я сидела дома, одна с ребёнком, твой отец постоянно отсутствовал. То на работе, то сам понимаешь.

Наверное, именно тогда я и поняла, что люблю Серёжу. А после решила – не буду терпеть его постоянные гулянки и хождения по другим женщинам. Подала на развод. Тебе было два года. Он почему-то встал в позу, отказывался меня отпускать. Затянулось надолго. После у нас появился Ян и… всё как-то утряслось со временем. Не считала себя тогда идеальной женой. Оба дел натворили. Мы решили перевернуть страницу и начать всё заново. С чистого листа. Друг без друга никак. Пришлось найти в себе силы, чтобы переступить через тёмное прошлое – навстречу к светлому настоящему.

– У вас неплохо получилось.

Мама улыбнулась и погладила меня по щеке.

– Родной, цветы и подарки – это, безусловно, прекрасно. Но женщина выберет не того, кто засыплет её с головы до ног роскошью, а того, кто будет ценить и любить. Покажи ей, как ты к ней относишься по-настоящему.

Без пафоса, значит. Мальчики дарят розы, а мужчины берут свою добычу в охапку и не отпускают. Как бы она там не барахталась.

Всё это имело бы смысл, если бы она хоть что-то чувствовала ко мне.

Но самое паршивое – я не знаю, что в душе у Маши, кто в сердце этой ледяной малышки.

Может быть, она и правда люто ненавидит меня?

***

В универе мандражирую. Хочу Мою Машу. Боюсь увидеть в её глазах холод. Но на это толком не остаётся времени. Почти всю неделю до Нового года загружен под завязку. Закрываю хвосты, ношусь по преподавателям. Пишу рефераты и курсовые, раздаю прочие долги, сдаю зачёты и экзамены. В этой ситуации бесконечно рад только мой батя. Решил, что я за голову взялся.

А вдруг взялся? Не знаю. Маше я такой не нужен – осознал и принял. Как она однажды сказала?

«Ты, Сотня – один сплошной гипсокартон».

Что-то типо того."

"Не желаю больше оставаться пластмассовым щитом. Хочу быть её каменной стеной. Нужно это Моей Маше или нет.

Увольняюсь с работы.

Слишком просто мне досталось место в компании отца Маши. Привели и посадили, как послушного болванчика. Я не представлял, чем должен заниматься, но добиваться своих целей стоит как-то иначе.

Никитос вообще пошёл на дно, надо срочно взбодрить парня и направить на путь истинный, пока этот влюблённый болван окончательно не самоуничтожился.