Девственница на замену

Делали это мягко, но непререкаемо, легко размазывая выступившую влагу по разгоряченной точке, что только и требовала продолжения.

Каждое прикосновение к ней отзывалось сотнями импульсов, парализующими, порабощающими.

— Таур-лен-диииииил… — на выдохе протянула я, разбирая его имя на слоги, и словно подтверждая, что я услышана, эльф глубоко насадил меня на свои пальцы.

Чувствуя тугими мышцами фактурные костяшки, я широко распахнула глаза, чувственно выгнув грудь вверх, к потолку. К небу.

— Ты узкая, — прошептал мужчина, склоняясь так близко, что дыхание задело мои губы. — Хочу быть в тебе.

Зашелестела ткань узких брюк, и они послушно скатились вниз, гремя тяжелой пряжкой ремня о деревянные доски пола.

Прижавшись стоящим членом к моим ягодицам, Таурлендиил позволил мне привыкнуть к его теплу, почувствовать его рядом, прежде чем войти. Массивная головка упрямо толкалась вперед, чувственно прокатываясь по влажной коже, растягивая пульсирующие мышцы и играясь своим рельефом.

Просто пытка!

Раздвинув ноги еще шире, я пяткой стукнула эльфа по пояснице, намекая углубиться, но чертяка только коварно улыбнулся и назло сдал назад!

— Таурлендииииил!

— Не торопись, малышка, — так же несдержанно ответил эльф. — Дай мне поднять тебя к звездам.

Новое посягательство на мое лоно было упоительно долгожданным.

Со стоном закатив глаза, я каждым миллиметром вибрирующей кожи ощутила толщину мужского достоинства, проникающего внутрь. Только когда по ягодицам хлопнули ноги, я застонала еще громче, вновь выгибаясь всем телом навстречу своему удовольствию.

Вперед… Назад… Вперед… Назад…

Простейшие движения, но от каждого из них внутри меня что-то рушилось! Осыпались крыши и трескался фундамент! Дребезжали стекла и крошились стены! Ритмичные толчки учащались, становились несдержанными, глубокими и пронзительными.

Подхватив мои ноги посильнее, Таурлендиил зарычал, начиная увеличивать скорость, стараясь быть все глубже и дольше. Его серебристые волосы подскакивали от каждого толчка, в светлых глазах сверкала искристыми вспышками вселенской, необъятной любовью.

Страсть исказила его лицо, а вдавленные в мои бедра пальцы подсказывали — эльф уже финишировал. Тяжело отдышавшись, он громко хлопал осоловевшими глазами и скатился вниз, утыкаясь носом мне в грудь.

— Самира, я люблю тебя, — вновь шепча произнес он, скатываясь все ниже и покрывая поцелуями мое тело. Исписывая его узорами отметин и полосами ласк. — Не выпущу из постели, пока не кончишь.