Девственница на замену

Разве не снесем эту дверь и не уложим на лопатки дюжину стражников? Надо только захотеть.

— Вы соображаете, что если ошибетесь, на что я надеюсь, — произнес Хал, — отец вам этого не простит? У него проблемы с чувством юмора. И сослаться на «мы пошутили» не получится.

— Если твой отец не имеет отношения к упадку миров, — ответила ему я, — то он выслушает нас и поймет. Мудрый император не бросит миллионы людей на произвол судьбы.

— Однажды он распылил целую планету, — почесав бровь, напомнил Мангус.

— Тогда почему вы до сих пор сомневаетесь? Если это сделал он, ему самое место за решеткой. Если же его подставили, он будет рад найти настоящего убийцу. — Я тяжело вздохнула, не зная, как еще уговорить их рискнуть. Понимала, как это опасно, но думала только об одном — опаснее будет сидеть сложа руки. Для меня, для Кристен, для них всех. — Если согласитесь, — произнесла как можно тверже, — я выйду за вас. За всех.

— Так чего же мы ждем?! — сорвался с места Тео и всей своей тушей навалился на решетку.

Минуту все трое Сатори, Хал и я молча наблюдали за тем, как альфа волчьей стаи пытается в одиночку снести дверь. Он был готов зубами грызть прутья решетки, просочиться между ними или биться головой, лишь бы выбраться из темницы, пока свежо мое обещание."

"— У чувака не все дома, — присвистнул Хал, скрестив руки на груди.

Кряхтя и рыча, Тео продолжал бороться с решеткой. Вскоре она начала поддаваться. Стены затрещали, посыпалась штукатурка.

— Наверное, надо ему помочь, — наконец взбодрился Мангус. — Что скажете, братья?

Луу потер ладони и размял шею, а Олден лишь кивнул, сказав:

— Отойдите в стороны.

Хал схватил Тео за шкирку и оттащил к стене, а я встала по другую сторону и во все глаза лицезрела нечто нереальное.

Выстроившись в ряд, все трое Сатори сосредоточились на решетке, глубоко вдохнули и одновременно выпустили струи пекла из своих ртов. Пастью их нельзя было назвать, все-таки они не трансформировались. Только глаза огнем загорелись и кожа местами покрылась драконьей броней.

В камере стало так жарко, что мне казалось, мы тут сваримся заживо. В горстки пепла превратимся. Я зажмурилась, закрыв лицо руками и отвернулась к прохладной стене, слушая, как за спиной полыхает пламя и трещит плавящийся металл.

Когда все стихло, я не сразу рискнула оглядеться. Наступила слишком пугающая тишина. А мне бы не хотелось, обернувшись, увидеть, что от Хала остались только рожки да ножки.

— Ты в порядке, принцесса? — Теплые руки Хала коснулись моего плеча, и я вздрогнула. Облегченно выдохнув, носом зарылась в его грудь и покивала.

— Хал, я правда не хочу убивать твоего отца. Правда-правда. Но если это он…

— Я понимаю, — прошептал он, чмокнув меня в темечко. — Надеюсь, ты ошиблась, и скоро мы найдем настоящего злодея.