Диета для трех поросят

Смотрю на кабана сытого с золотыми часами, в костюме за большие тысячи и думаю: что ж ты Борису Гурьевичу не помог, а? Тот на одну пенсию выживал! Получит жалкие рублики и на тридцать кучек разложит, чтобы каждый день батон с кефиром покупать. А ведь мог Пихто на старость насобирать, если бы с людьми всю жизнь не делился. Или еще в пятом доме Софья Сергеевна жила, Мамонтова ей фамилия, тоже в нашем училище с указкой стояла. Вот ушлая баба! Все себе под живот сгребала, золото покупала и в чемодан складывала, никому крошки хлеба не дала, зато сама в ажуре, и дочь ее Гамавердия институт закончила, тоже медик.

Так эта Гамавердия у Бориса Гурьевича все время паслась, он ее родной считал. И что? Где благодарность? Бросили старика!

– Странное имя – Гамавердия, – перебила я. – Никогда не встречала подобное.

– Отец ее из кавказцев, – с легким презрением ответил собеседник. – Но кто точно, не скажу. На рынке он торговал, с мандаринами стоял. Софья-то с молодости расчетлива была, она его в девушках заприметила и сообразила: Пат богатый.

– Кто?

– Пат, – охотно повторил бывший учитель, – имя такое, национальное.

А ведь могла выйти замуж за приличного человека. За меня, например. Так нет, выскочила за мандаринника, променяла интеллигентность на золото. Двадцать лет она с ним прожила, затем вдовой стала. Ну, я выждал год для приличия и пришел с предложением: «Здравствуй, Соня, дочь у тебя взрослая, в институте учится, я холостой, детей не имею, чем мы не пара?» И что она мне ответила?

– Теряюсь в догадках.

– Даже в дом не пустила! – с непрошедшей за долгие годы обидой заявил пенсионер. – Засмеялась и дверь захлопнула.

Наверное, к ней уже тогда болезнь подкралась, раз от меня отказалась. Ведь не каждый день в дом вдовы мужчины с предложением руки и сердца являются. Точно ей психушка светила. Через год она в нее угодила и не вышла оттуда. Осталась Гамка одна.

– Кто? – я снова потеряла нить беседы.

– А повтори-ка имечко Гамавердия… – рассмеялся собеседник, – язык сломаешь! Вот наши и сократили его до Гамы. Видишь на той стороне элитное здание?

Я покосилась на самую обычную грязно-серую блочную московскую девятиэтажку.

Ничего выдающегося в доме нет, затрапезное жилье, мы с Гри обитаем точь-в-точь в таком же. Только у нас лоджии застеклены на один манер (некогда обитатели квартир договорились между собой и сообща вызвали мастеров). Постройка же, на которую указывал дед Сергей, смотрела на мир разномастными балконами, отчего казалась еще страшнее, чем была.

– Кооператив «Гиппократ», одни врачи в нем живут, – пояснил абориген. – Квартиры там и по прежним годам были дорогущие, а сейчас и вовсе золотые.