Дикарь

Казалось бы, что такого, ну, поговорил, обсудил условия, вроде как дал предварительное согласие, а оказалось, что все эти переговоры отняли у меня массу сил. А еще до меня внезапно дошло, что я сам, добровольно, только что почти подписался на целое десятилетие одиночества на дикой и неисследованной планете. Неужели среди миллиардов, триллионов разумных, населяющих Содружество, больше не нашлось таких идиотов, как я?! Похоже, что нет, похоже, что я один такой вот «уникально одаренный»! А может быть местные просто предпочитают существовать в привычных условиях, как говорится, лучше синица в руках, чем журавль в небе.

Ну и ладно! Ну и пусть! Сейчас мне примерно семнадцать-восемнадцать лет, через десять лет будет меньше тридцати, зато я буду вполне обеспеченным человеком, а впереди еще вся жизнь… может быть я еще и на собственном космическом корабле прошвырнусь по «просторам Вселенной»! Да и профессор, если найдет что-то интересное, еще не один раз посетит Сицилу, а значит время от времени и у меня будут гости. А может быть и корпоранты смогут как-то завлечь народ на планету. Нет! Не верю, что мне придется десять лет провести в полном одиночестве! Все будет, пусть не отлично, но нормально, это точно. Найдутся, найдутся в Содружестве авантюристы, которым нечего терять, зато на Сициле у них появится реальная возможность что-то приобрести.

* * *Уже давно вечерние сумерки сменились ночной тьмой, где-то на горизонте виднелись сполохи огней огромного мегаполиса, а я все сижу, невидяще гляжу в потухший голоэкран и никак не могу объяснить сам себе, как я, почти домашний мальчик, почти мажор, все знания которого о дикой природе почерпнуты из телевизора и интерната, ну, чуть-чуть разбавлены опытом из сновидений, вдруг ставших явью, осмелился решиться на такую авантюру.

Скрывать мне абсолютно нечего, я до дрожи, до ступора боюсь своего, пожалуй, первого в своей жизни осознанного и, что самое важно, очень важного решения, от которого зависит не только мое благополучие в текущий момент, а сама жизнь.

Нет, я не боюсь одиночества, привык я к нему за долгие годы инвалидности, не боюсь и труда, память Кшала в полном моем распоряжении, а он, хоть и был на несколько лет младше меня земного, в своей короткой жизни многому успел научиться.

В этом он почти полная моя копия, мне тоже очень нравится учиться, можно сказать, что даже люблю это дело, узнавать что-то новое, получать новые навыки и знания. Я боюсь ответственности! Я боюсь, что не справлюсь, что погибну, так ничего и не свершив. Наверное, я бы помолился, но к моему глубокому сожалению, я атеист до мозга костей и давно уже отучился верить в какие-то высшие силы.