Дикарь из глубинки или курс выживания для мажорки

Гений миллиардер, сделавший себя сам. Идеальный пример того, как нужно “хотеть и пахать”.

– Приехали, девушка, – сообщает мне водитель, притормаживая у входа.

– Спасибо, – дергаю я ручку двери.

– Хорошего вечера.

– И вам, – улыбаюсь вежливо, выскальзывая из салона.

Ночная Москва встречает легкой прохладой. Порыв ветра разгоняет по голым рукам мурашки. Я зябко ежусь. Закрываю дверь и тороплюсь к парням на “фейсе”. Коля и Дима. Заметив меня, ребята улыбаются и кивают, отступая в сторону:

– Девичник? – интересуется Дима.

– Вроде того. А вы все трудитесь, парни?

– Вроде того, – хмыкает Коля.

– Директор приехала пять минут назад. Ждет тебя.

– Благодарствую.

– Я сегодня до двух, – подмигивает Дима, – как насчет покататься по ночной Москве?"

"– И что я в ней не видела? – заламываю я бровь, притормаживая плечом к плечу с вышибалой на три головы выше меня. По фигуре – чистый дикарь. Во только харизмы ему не хватает. И характера. А еще стержня. И бороды. И взгляд у него добрый. И бабочки от него в животе не порхают… не-а, Милка, не вариант.

– Прости, Дим, – улыбаюсь я мягко и ныряю в открытую дверь. Дефилирую по коридору, когда слышу за спиной шаги и:

– Мил, постой! – хватает меня за руку Дима.

Я притормаживаю и оборачиваюсь:

– Я серьезно, дай мне шанс, – и взгляд такой, как у бездомного щенка. Сразу захотелось его пригреть, приласкать, и…

– Я тебе сейчас дам, – слышу за спиной рык и вздрагиваю. – А потом догоню и дам еще.

Оборачиваюсь. Моя челюсть летит вниз и звонко ударяется о бетонный пол. Брови ползут на лоб, глаза из орбит. Передо мной широкая мощная грудная клетка, обтянутая в черную хлопковую футболку, и богатырский разворот плеч в косухе.

И это…

– Миша?

Глава 26. Взрослый дяденька

Мила

– Не понял, – выпячивает грудь колесом Дима. – Ты кто такой?

Вот и я… не поняла. Растерянно хлопаю ресницами и рассматриваю стоящую перед собой новую версию дикаря Мишани. Сейчас он совсем не похож на бесцеремонного фермера. Скорее, крутой байкер с решительным взглядом, искрящимся легкой насмешкой.

Стойте, это он надо мной смеется?

Я, насупившись, поджимаю губы. Но перестать его разглядывать не могу. Это выше моих сил. Он сегодня какой-то особенно мощный. Высокий, мускулистый, опасный.

Волосатый, бородатый. Настоящий медведь! Оказывается, я успела забыть, какой внук Румянцева… внушительный мужчина. Нет не так. Мужчина! С большой буквы. Заполняющий собой все пространство вокруг. Подавляющий своей харизмой и альфа-замашками добрую половину завсегдатаев “Эдельвейса”. И даже работников. Дима вот, например, рядом с Мишей совсем щупленький и низенький. Кажется, Румянцев его одним мизинцем левой руки на раз-два согнуть может…

А ведь всего пару дней назад он чуть не согнул меня. В смысле нагнул.