Дикий

Но сейчас он слишком устал, чтобы повторять его. Не сейчас, когда Даг и так злится на него за неповиновение.

Даг скосил глаза на Этана, во взгляде его читалось ликование, словно кугуар – его приз.

– Проблема в том, что в последний раз когда Этан был человеком, волки-социопаты решили поиграть в «убей-киску». Такое любого заставит свихнуться. – Даг снова повернулся к Брэму. – Теперь я альфа, я, а не Габриэль, и я не допущу подобного в стае.

Брэм с облегчением выдохнул. Несмотря на его опасения относительно этой авантюры – и время от времени относительно самого Дага, – он не сомневался, что за последние четыре года с теперешним альфой стая стала лучше. Пожалуй, Даг спас ему жизнь, окружив Брэма невидимой стеной с надписью «руки прочь». При Габриэле над омегами издевались. Постоянно. При воспоминании об этом его охватил озноб.

– Я ненавидел Габриэля, – тихо произнес Брэм.

– Он мертв. А ты нет. Наоборот, ты здесь, чтобы исправить ошибки прошлого, именно так и рассматривай свое общение с этой кошкой. – Взгляд синих глаз Дага был холодным и оценивающим, казалось, он видит все несовершенство Брэма. – Если ты хочешь сделать все как надо, тебе нужно сперва успокоиться самому, а не Этана успокаивать.

– Я спокоен, – выдавил Брэм, хотя, когда он смотрел на оборотня, его охватывала ярость, он не мог видеть того таким уязвимым.

Брэму захотелось ударить кулаком о стену, глаза заволокло красной пеленой. Внезапно Даг схватил его за волосы и заставил согнуться пополам и зажать голову между колен. Поза была унизительной, но Брэм пытался не сопротивляться, хотя это было трудно. Что еще хуже – Брэму, как и любому оборотню, тоже не хватало физического контакта, поэтому какая-то часть его радовалась прикосновениям Дага, какими бы властными и болезненными они ни были. Теплые пальцы снова сдавили затылок.

– Дыши, – сухо посоветовал Даг. – И больше не ври мне. Ты не спокоен.

– Хорошо, – выдохнул в пол Брэм, – я расстроен. Прости. Я думал… – Но он не мог сказать, что думал, что если будет заботиться об Этане и его участи, это как-то изменит положение, Этан почувствует, что ему не все равно, смягчится и перестанет шарахаться от него.

– Я говорил тебе, что это будет нелегко. – Даг схватил Брэма за волосы и потянул, позволяя сесть. Он заглянул в лицо Брэму, и тот послушно отвел глаза. – Я серьезно. Я сниму тебя с этого задания, если ты не сможешь держать себя в руках. Я займусь этим в одиночку, если придется."

"– Я возьму себя в руки, Даг. – Эта работа была для него слишком важна, она была ему необходима. Необходима, чтобы как-то помочь стае. Это и еще желание произвести впечатление на Дага были для Брэма крайне важны. Потому что если Даг потеряет к нему интерес, у Брэма не останется никого.