Дикое золото

Ты не апостол Павел, а я не ангел господен, обративший Савла в Павла… Что-то всю ночь с атмосферой происходило, а? Светло было, как под фонарем…

Внизу уже открылся Шантарск – изящная громада кафедрального собора, россыпь домов, блестящие нитки рельсов… Утренний город выглядел издали, с горы, столь красивым и чистым, что в нем, представлялось, вовсе не должно было совершаться преступлений.

– Морали читать – занятие неблагодарное, – сказал монах, привычно перекрестившись на собор. – Ты просто посмотри на это природное великолепие. Вот он, перед тобою – бесстрастный свод небес, который будет неизменным, что бы вы ни творили внизу…

Бестужев примолк.

Бескрайний купол неба с редкими облачками, белоснежными, тугими, и в самом деле выглядел столь величественно перед лицом суетных забот, что на миг ротмистр показался себе бесполезным и смешным. Но только на миг…

– Эй, а от этих тебе, часом, прятаться не нужно? – с интересом спросил монах. – Если нужно, иди ты с богом…

– Да нет, – сказал Бестужев, осмотревшись.

Внизу на дороге, там, где кончался отлогий спуск, стояли двое верховых – уже можно было отсюда рассмотреть красные погоны с голубым кантом на гимнастерках нижних чинов жандармерии.

– Ну, одной заботой меньше, – проворчал монах.

Верховые давно к ним присматривались – и вдруг понеслись навстречу коротким галопом. Доскакав, вахмистр поднес руку к козырьку:

– Ваше благородие! Осмелюсь доложить, озабочены вашим разысканием! Его высокоблагородие полковник Ларионов велели прибыть незамедлительно, как только будете обнаружены! Амосов, слезай! Отдашь коня его благородию, а сам пешком доберешься.

Рябой жандарм проворно соскользнул с седла, подвел коня к повозке.

– Что случилось? – спросил Бестужев."

"– Не могу знать, ваше благородие! Весь личный состав поднят для ваших поисков! В гостинице не были обнаружены, так что высланы разъезды для возможного отыскания…

– Дивны дела твои, господи… – проворчал под нос монах.

Бестужев спрыгнул на землю и взял поводья у вытянувшегося перед ним Амосова. На сердце сразу стало неспокойно – такие хлопоты не сулили ничего хорошего…

…Бестужев нетерпеливо пошевелился в кресле:

– Иван Игнатьевич, в чем же все-таки дело?

– Господин ротмистр, вам придется подождать полковника, – вежливо, но непреклонно ответил Рокицкий.

 – Я, право же, не полномочен… Посмотрите пока копии донесений исправников, это в самом деле любопытно. Кажется, атмосферные феномены вчерашнего дня получили объяснение… Вот, возьмите.

Видя, что от Рокицкого так-таки ничего и не добиться, Бестужев вздохнул, положил перед собой несколько листочков с телеграфными депешами – и незаметно увлекся.