Дитя дьявола

 — Видал от нее избавился, и мы можем спокойно возвращаться домой, пока Эйвон ничего не проведал.

Леони сказала мистеру Флетчеру, что он может идти, и, как только дверь за дворецким закрылась, обеспокоенно повернулась к деверю.

— Руперт, дело становится все более и более серьезным!"

"— Что за черт! Тебе понравилось гоняться за Домиником и его девицами? Но ведь девушки с Видалом нет, так что я не вижу причин тревожиться!

— Руперт, ты ничего не понимаешь! У меня есть серьезные опасения, что Доминик в приступе гнева просто бросил ее.

Руперт поудобнее расположился в кресле.

— Не удивлюсь, если так оно и случилось, — согласился милорд. — Но нас, слава Господу, это ничуть не касается!

Леони вскочила и нервно прошлась по комнате.

— Если он так подло поступил, то этому преступлению нет прощения. Я должна ее найти.

Руперт недоуменно смотрел на герцогиню.

— Раз девицы нет с твоим драгоценным сыночком, что тебе еще от нее надо?

— Уж не думаешь ли ты, что я позволю своему сыну бросить девушку в Париже? — взорвалась Леони. — Он же дворянин! Я вот что тебе скажу: мне доводилось оставаться одной в большом городе, и я знаю все, что может случиться с девушкой, лишившейся покровителя.

— Но ты же сама говорила, что эта девица…

— Может, и говорила, но только потому, что была рассержена. Я не знаю, что из себя представляет эта девица, а потому немедленно отправляюсь на ее поиски. Если Доминик поступил с ней бесчестно, он должен на ней жениться.

Лорд Руперт обхватил голову руками.

— Можешь меня повесить, если я понимаю, что у тебя на уме, Леони! — взмолился его светлость. — Я полагал, ты притащила меня из Англии для того, чтобы я помог спасти твое великовозрастное чадо от авантюристки, а теперь выясняется, что мальчик должен на ней жениться!

Леони оставила без внимания этот вопль отчаяния, продолжая вышагивать по комнате.

— Руперт, ведь в Париже Джулиана!

— И что с того? — Его светлость утомили эти препирательства.

— Как ты не понимаешь? Если Видал останавливался здесь, значит, он встречался с Джулианой!

— Думаешь, она может знать, зачем твоему чертову сыну понадобилось ехать в Дижон? — с надеждой спросил Руперт. — Больше всего меня волнует именно этот вопрос.

Леони наморщила лоб.

— Но, Руперт, почему тебя так волнует этот провинциальный Дижон? Вся эта история представляется мне настолько серьезной, что причина, по которой Доминик отправился в Дижон, кажется мне сущей ерундой.

— Ну, не знаю, — возразил Руперт. — Это какое-то дьявольское наваждение. Дижон! Что, черт побери, там интересного? Знаешь, что я тебе скажу, Леони, мальчик ведет себя крайне странно. — Его светлость покачал головой. — Как говорится, у него, похоже, не все дома. Плохо дело.