Дитя дьявола

Вам нужно поесть, — отчеканил Видал, не обратив внимания на жалобный голос девушки.

Мисс Чаллонер пришлось привстать.

— Полагаю, вы можете навязать мне свое общество, — с горечью сказала она, — но, если в вас есть хоть капля сострадания, вы не станете говорить со мной о еде.

— Ни капли сострадания, — заверил его светлость. — Вы сами не понимаете, насколько лучше почувствуете себя после хорошего обеда. Вставайте и отправляйтесь на берег.

Берег! Это магическое слово заставило мисс Чаллонер вскочить на ноги. Его светлость предложил ей руку.

— Так-то лучше, — подбодрил он. — Я заказал обед и комнаты в «Золотом петухе».

Они поднялись на палубу. Мисс Чаллонер, попросив милорда пройти вперед, взобралась по трапу настолько быстро, насколько позволяла затуманенная голова. Мери с облегчением увидела, что море удивительно спокойное и синее. От изумления она зажмурилась. Открыв глаза, она заметила, что тени на причале подозрительно длинные, и спросила, который час.

— Скоро шесть, — ответил Видал. — Погода нам не благоприятствовала.

Разум отказывался ей подчиняться. Мери продолжала мысленно повторять: «Я во Франции. Домой мне теперь не попасть. Я во Франции». Маркиз помог девушке спуститься по трапу, подхватил под руку и решительно увлек в сторону вожделенного «Золотого петуха».

— Ваши вещи уже доставлены, — сообщил маркиз.

Мисс Чаллонер недоуменно посмотрела на него.

— Но у меня нет вещей.

— Вы забываете, — с иронией отозвался Видал, — что я велел Софи не брать с собой ничего, пообещав обеспечить всем необходимым.

— И вы купили платья для Софи? — усомнилась Мери.

Он ухмыльнулся.

— И не только платья. Я не хуже вас знаю, что требуется даме. Ночные рубашки, пеньюары, ленты, бусы, духи от Уоррена, пудра а ля Марешаль — словом, всякая дребедень. Уверяю вас, у меня обширный опыт.

— В этом я нисколько не сомневаюсь, — холодно ответила мисс Чаллонер.

Маркиз поклонился.

— Надеюсь, вы одобрите мой вкус, — с этими словами он передал Мери в руки горничной.

Мисс Чаллонер ничего не оставалось, как подняться наверх под конвоем прислуги. Она прекрасно сознавала, что выглядит не лучшим образом, а потому прежде всего следовало привести себя в порядок.

Мери довольно бегло говорила по-французски и легко смогла объяснить горничной, что ей нужно. Она с наслаждением умылась, причесалась, воспользовавшись предоставленными его светлостью щеткой и гребнем. Покончив с туалетом, мисс Чаллонер осторожно вытащила из кармана плаща пистолет.

Мери подумала, что сможет спрятать оружие в кринолине платья, и попробовала проделать задуманное перед зеркалом."

"Осознав абсурдность затеи, она взяла пистолет в правую руку и сверху перекинула плащ.