Дитя дьявола
Медноволосый паж Леон давно уже превратился в герцогиню Эйвонскую. А сам герцог остепенился и забыл о дуэлях и погонях, но знамя Дьявола подхватил сын Эйвона, истинное дитя-дьявол, ни в чем не уступая отцу по части пороков.В один прекрасный день он даже переплюнул родителя, вздумав похитить вполне добропорядочную девицу. Одного только не учел отпрыск дьявола: что девица окажется ему под стать. Не жеманная особа с романтическими бреднями в голове уселась в его карету, а ее на редкость хладнокровная и решительная сестрица. Что ж, решает Видал, одна девица или другая, особой разницы нет. Но не тут-то было. С такими барышнями прожженный игрок и дуэлянт еще не сталкивался. Девица не только чрезвычайно остра на язык, но и не падает в обморок при виде крови.А тут еще все взбалмошное семейство герцога решает вмешаться в историю. Неугомонный Руперт с не менее деятельным бывшим пажом устремляются в погоню. А за ними и все остальные…Головокружительные повороты судьбы никак не сказываются на остроумии жертвы и похитителя. Да и все прочие за словом в карман не полезут.
Вполне довольная полученным результатом, мисс Чаллонер вышла из комнаты и спустилась в гостиную, где ее дожидался его светлость.
Маркиз стоял у камина со стаканом в руке. Мери наконец поняла, почему у него так странно блестят глаза: его светлость немало выпил и продолжал пить.
Мисс Чаллонер бросила на маркиза беглый взгляд, подошла к столу и села, спрятав пистолет в складках юбки; плащ она повесила на спинку стула.
— По-видимому, вы были правы, сэр, — вежливо заметила она. — Мне лучше поесть.
Его светлость оседлал стул напротив мисс Чаллонер.
— Судя по вашему виду, вам требуется что-нибудь горячительное, — сказал он. — Вы поможете мне прикончить бутылку бургундского или предпочитаете в одиночку угоститься миндальным ликером?
— Благодарю вас, милорд, я выпью воды, — отказалась мисс Чаллонер.
— Как вам будет угодно. — Он пожал плечами и откинулся на стуле, лениво наблюдая за ней.
Появление ливрейного лакея в сопровождении местного слуги внесло в эту сцену некоторое оживление. Благообразный лакей, к великому удивлению Мери, обратился к ней на ее родном языке.
— Я всегда путешествую вместе со слугами, — объяснил маркиз, заметив ее недоумение.
— Весьма удобно, сэр, — оценила предусмотрительность маркиза мисс Чаллонер.
Обед оказался превосходным, и Мери воздала ему должное, не забывая поддерживать светскую беседу. Маркиз опустошил бутылку бургундского и потребовал вторую. У Мери сжалось сердце, но вино лишь еще больше развязало язык его светлости. Речи и взгляды маркиза стали более дерзкими, но пьян он не был.
Мисс Чаллонер, со страхом ожидая неизбежного tête-à-tête, решила не торопиться с десертом. Когда она наконец покончила с трапезой, маркиз знаком поманил слугу, который приказал французу-лакею убрать со стола. Видал встал и лениво побрел к камину. Мисс Чаллонер не двинулась с места.
— Что-нибудь еще угодно вашей светлости? — спросил слуга.
— Ничего, — ответил Видал.
Слуга, поклонившись, удалился. Видал тихо произнес:
— Подойдите ко мне.
— Сначала мне нужно кое-что сказать вам, милорд, — предупредила мисс Чаллонер.
— Господи Боже, дорогая моя, вы полагаете, что я привез вас во Францию для разговоров? — насмешливо спросил Видал. — Вряд ли вы столь наивны!
— Возможно, — согласилась мисс Чаллонер. — Тем не менее, сэр, я прошу вас выслушать. Надеюсь, вы не станете делать вид, что влюблены в меня.
— Влюблен в вас? — презрительно переспросил он. — Нет, мадемуазель. К вам я испытываю не больше любви, чем к вашей хорошенькой сестрице. По-моему, вы уже забыли, что не я вам навязал свое общество, а наоборот. Так что теперь вы в моей власти! — Он оглядел ее с ног до головы. — У вас отличная фигура, моя дорогая, и, насколько я могу судить, гораздо больше мозгов, чем у Софи.

















