Нелюбимая

Все, можно успокоиться и не думать ни о чем, через минуту я буду в безопасности. Но тут, словно из ниоткуда, вылетает эта Лена и буквально бросается под колеса Роминой машины. Визг тормозов, мой вскрик, резонирующий с ее, и у меня начинает кружиться голова. Вот тебе и успокоилась.

ГЛАВА 29

Тамила

Я бегу на место происшествия, глядя на Лену, лежащую на дороге. Понимаю ведь, что она все это подстроила и вряд ли бы позволила себе, драгоценной, умереть вот так нелепо. Но чувство ужаса от происходящего никак не покидает меня. Она ведь не могла знать, с какой скоростью будет ехать машина, вряд ли рассчитала траекторию столкновения. Лена, конечно, дама коварная и дурная, но даже ей не под силу повлиять на некоторые факторы. У меня снова начинает тянуть живот, но я стараюсь не обращать на это внимания, потому что испуг сейчас перекрывает любые другие чувства.

Рома подбегает к Лене одновременно со мной. Падает перед ней на колени и легонько трясет за плечи.

– Лена! – зовет он срывающимся голосом. – Леночка, ну же, детка, открой глаза. – В его голосе паника и ужас, я слышу каждую интонацию, от которой меня колотит еще сильнее. – Вызови скорую! – рявкает он мне в лицо таким тоном, словно это я ее сбила. И не просто сбила, а как будто намеренно переехала любовь всей его жизни просто чтобы отомстить за что-то. – Тами, не тупи! Вызывай скорую!

Дрожащей рукой я достаю телефон и набираю скорую. Пытаюсь объяснить, что произошло, но у меня плохо выходит, я мямлю, язык словно деревянный. Рома выхватывает у меня из рук трубку и сам заканчивает беседу с ними. Возвращает телефон, склоняется к Лене и трясущимися пальцами убирает волосы с ее лица, а я с ужасом наблюдаю за его действиями. И этот ужас порожден вовсе не тем, что произошло, а тем, как Ромино лицо перекосило от боли. Какими наполненными испугом глазами он смотрит на нее. Как ласково стирает грязь с ее лица. И в этот момент я понимаю, что лишняя во всей этой истории. Что бы Рома ни говорил, как бы ни отталкивал свою Лену, он все еще любит ее. Боится ее потерять, и я его понимаю, правда. Одно дело – расстаться, но знать, что где-то в одном городе с тобой живет и здравствует твоя бывшая. И совсем другое – осознавать, что она может умереть, и ты больше никогда ее не увидишь. Внутри все сжимается от адской боли, я агонизирую вместе с Ромой. И самое ужасное во всей этой ситуации то, что я абсолютно бессильна. Просто не могу ничего сделать ни для них, ни для нас.

Я встаю с корточек и отступаю назад. Шаг, еще один, и еще. Рома поднимает голову и смотрит на меня расфокусированным взглядом. Он как будто в прострации, в глазах застыл ужас. Роман легонько качает головой, и впервые я не могу распознать смысл этого жеста, не понимаю, что он пытается сказать, а потому делаю еще один шаг назад.