Нелюбимая

Впервые слушаю мужское сердце после оргазма таким способом. А потом мне становится нечем дышать. Я упираюсь ладонями в Ромины плечи.

– Слезай с меня.

Он усмехается.

– Все? Попользовалась и свалишь?

– Дурак, – смеюсь я, и слегка подталкиваю его. – Ты офигенно тяжелый.

– И большой, да, я помню.

Он подмигивает, но наконец скатывается с меня и падает на спину, глядя в потолок. Тяжело дышит и улыбается.

– И самовлюбленный.

– Предпочитаю называть это уверенностью в себе.

– Смысл от этого не меняется.

Рома фыркает, но не комментирует. Через несколько молчаливых минут поворачивается и смотрит на меня с серьезным лицом.

– Ты как?

– Жива, как ни странно.

О, да, жива. Не в смысле просто дышу и существую. А в смысле я живее всех живых. Во мне бьющая фонтаном энергия сражается с усталостью и сонливостью. Вся ярость, которая была внутри, трансформировалась в приятное чувство удовлетворения, которое заставляет мои губы улыбаться, и по телу разливается тепло. Сейчас мне хорошо, и я хочу продлить это состояние немного дольше, а потом прикрываю глаза и просто позволяю себе дрейфовать между сном и реальностью, ни о чем не думая.

ГЛАВА 11

Тамила

Просыпаюсь от настойчивых ласк. Наглая рука шарит по внутренней части моего бедра, пытаясь развести мои ноги в стороны.

– Прекрати – бубню сонным голосом. – Мы же только…

– Это была прелюдия. Я тебя только попробовал, а теперь хочу откусить кусочек, – горячий шепот в ухо.

Я как будто все еще во сне, но прижимающийся к моей промежности член вполне реален. Я вскрикиваю, разбуженная вторжением, а потом плыву от нетерпеливых, жарких ласк.

В следующий раз меня будит тихий шепот:

– Просыпайся, соня, уже принесли завтрак.

– Еще слишком рано, – бурчу я.

– Девять утра, Тами, – усмехаясь, произносит Рома, легонько прикусывая мочку моего уха.

– Ты мне не дал выспаться.

– Я и не должен. Молодой муж вообще не должен давать тебе спать. Давай, маленькая, просыпайся. Нам принесли вкуснятину. Я знаю, что ты любишь поесть.

Наконец в мои ноздри вторгается чертовски приятный запах еды, и я распахиваю глаза. На кровати передо мной – большая тарелка со вкусностями. Немного помычав и зевнув, я сажусь на кровати. Подхватываю тарелку и начинаю есть.

– Что-то меня вырубило.

– Усталость догнала, – констатирует Рома.

– Поздновато она что-то. Я уже столько времени на отдыхе.

– Ты не расслаблялась все это время. А теперь наконец организм осознал, что можно отпустить напряжение.

– Тело как ватное."

"– Поешь и снова засыпай, если тебе это нужно.

– Я бы у бассейна повалялась. Но если усну, рискую сгореть.

– Я перенесу тебя на постель, когда станет совсем жарко.

– Почему ты такой заботливый?

Рома пожимает плечом, но ничего не отвечает, продолжая молча поедать свой завтрак.