Для кого цветет лори

Стоял, глядя на нее, и от этого взгляда – темного, тяжелого, знакомого до боли – все внутри девушки сжалось, а потом сердце пустилось в галоп, а воздух исчез.

«Этого не может быть! Мне показалось!» – мысль промелькнула испуганной птицей, и он словно почувствовал. Поднял ладонь, снимая капюшон и позволяя ей увидеть.

Оникс побледнела.

Все те же темные волосы, отросшие почти до плеч. Она знала, какие они на ощупь. Чувственные, резко очерченные губы. Идеально ровный нос. Узкий белый шрам, разделивший левую бровь. И зеленые глаза. Холодные, внимательные, подчиняющие.

Ран Лавьер.

Она сказала его имя про себя, но оно обожгло так, что стало больно.

– …Эта монахиня, принесшая в наш мир надежду и освобождение, станет моей женой, вашей повелительницей…

Слова Ошара долетали, словно сквозь тюфяк с соломой, хотя он стоял рядом. Комьев грязи на защитном куполе стало в разы больше, но этого Оникс не видела, она смотрела лишь на Лавьера. Их взгляды сцепились, словно два зверя, вгрызлись друг в друга, не в силах оторваться. Она увидела, как потемнел его взгляд, и резко выдохнула. Раяна знала эту темноту. Она, как никто, знала ее, и эта тьма снова звала и требовала. Только Лавьер мог смотреть так, что она ощущала его взгляд, как прикосновение. Словно он снова трогал ее. Обвел контур щеки. Обрисовал губы. Опустился ниже, на шею. Чуть помедлил, словно раздумывая, стоит ли сжать эту шею сильнее, лишая воздуха. Опустился на ее грудь, закрытую светлой тканью. Смял и ее, сдирая с девушки. Он подчинял ее, он брал, он вновь порабощал раяну…

Даже сейчас она ощущала его желание, голод, инстинкт, что появлялся каждый раз при взгляде на Оникс. Но сейчас в этом взгляде было и что-то новое. Почти неконтролируемое, почти физическое ощущение его злости. Ярости, сплавленной с желанием, с непреодолимым вожделением и потребностью подчинить.

– Нет, – она прошептала это беззвучно, но, кажется, он услышал.

Губы изогнулись в насмешке: «Да».

Его слова даже не прозвучали, они были в его глазах – предупреждение, обещание, угроза. Наслаждение и боль. Все сразу. Все… снова.

– Оникс, – Ошар схватил ее за руку, прижал к губам, и это заставило девушку отвести взгляд от мужчины в сером плаще. Она рассеянно посмотрела на Светлейшего, с трудом осознавая его присутствие, все еще находясь во власти лишь одного человека.

Владыка поцеловал ей ладонь, и толпа взорвалась воплями."

"– Что происходит? – изумилась она. Словно вернулась в реальность. Но эта реальность изменилась. Исчезли злые и враждебные лица, теперь на нее смотрели с такой любовью, что раяна не поверила своим глазам. Люди кричали. Но теперь в этих выкриках они славили раяну, принесшую им надежду и веру в будущее.