Для кого цветет лори

Кстати, мое появление оказалось впечатляющим, ты не находишь? – Кристиан рассмеялся. И тут же скривился. – Жаль, Итор не оценил, сволочь. Я бы хотел увидеть его страх перед тем, как задушить.

Лавьер промолчал. Они заняли дворец, их план, который десятка, а вернее, Лавьер готовил несколько лет, сработал, но главный враг успел уйти! И одни демоны архара знают, что сейчас делает первый советник, какие силы собирает.

– Теперь он заляжет на дно… – начал Кристиан.

Лавьер покачал головой.

– Нет. Советник уже на пути к Шорской Гряде.

– Думаешь, он попытается переманить на свою сторону главу Шорского клана? – вскинулся Кристиан.

– Уверен. И также уверен, что ему это удастся. Не забывай, кем является наш друг. И Темнейший, и Ошар всего лишь марионетки в его руках. Проклятье! – Лавьер сжал пальцы на фужере, хрусталь звякнул. И тут же заставил себя успокоиться. – Как мы могли его упустить?

– Итор не явился на церемонию, – Кристиан покачал головой. – А ведь должен был! Бездна, мы были так осторожны! Ни одного прокола! Но он что-то почувствовал.

– Я отправил по следу ищеек, но…

– Но Итор умеет путать следы.

– Нет, – покачал головой Лавьер. – Возможно, он этого и ждет. Тебе с ним не справиться.

Кристиан наклонил голову. В словах Лавьера не было ничего обидного, а во взгляде Кристиана – сожаления. Они знали свои пределы и принимали их.

Дух наколол кусочек сыра, поднес нож ко рту.

– А что с этой девушкой, раяной? Где она?

– Раяна – мое дело, – резкий ответ заставил руку Кристиана остановиться, не донеся сыр до рта.

– Я просто полюбопытствовал, – Кристиан пожал плечами. – Никогда не видел раян.

– Не приближайся к ней, – Лавьер склонил голову, взгляд потемнел. – Я запрещаю кому-либо к ней подходить. Нарушите – ответите.

Кристиан пожевал сыр. Ему хватило благоразумия промолчать. Он редко видел своего друга взбешенным, но, кажется, одно упоминание об этой девушке доводило его до такого состояния. Но расспрашивать он не стал – себе дороже.

* * *Лавьер отбросил ногой камень, нахмурился. Он уже в десятый раз обошел немаленькую территорию дворца, проверил стражей, укрепления и щиты, поговорил с Льеном. Тот уверил, что и магическая защита совершенна.

Спустился в подземелье, обошел клетки с пленными. Ему вслед неслись проклятия и пожелания скорой смерти, Рана это не трогало. Он приказал надеть на всех кандалы и провести в зал для допросов. У кого-то из женщин началась истерика. Мужчины побледнели.

Всего пленных оказалось четыре десятка, большей частью мужчины. Они выстроились перед Лавьером нестройными рядами, грязные и всклокоченные, с ненавистью в глазах. Ран заложил руки за спину, обвел людей внимательным взглядом, выжидая.