Добро пожаловать в прошлое!

При малейшем упоминании о них она вся подбиралась, интуитивно тянулась к нему, не протестуя, не замечая его рук на своем теле. Ужас мелькал в испуганных девичьих глазах, доверчиво и неотрывно взирающих на него. Обреченность сквозила в каждом движении, внутренний трепет плавил ее как свечу, оставляя после себя податливый огарок. При желании на этом ее страхе от нее можно было многого добиться. Только податливость такая совершенно не радовала, как и не радовало ее нынешнее спокойствие. Тоска разъедала душу, а сейчас станет еще тоскливее.

– Завтра с утра нам нужно съездить в лабораторию, – Влад собрался с духом, чтобы переступить еще одну черту, – сдать ДНК-анализ, – и замолчал, внимательно отслеживая игру эмоций на лице Ксении, порывисто развернувшейся к нему.

– Зачем? – спросила она вдруг севшим от испуга голосом. Нехорошие предчувствия взметнулись в душе, сердце болезненно сжалось. Затягивающееся безмолвие Влада пугало еще больше. Высказала первое, что пришло на ум, обожгло жутким откровением: – Ты думаешь, что мы… родные? – и почувствовала, что от его многозначительного молчания, приправленного жалостливым взглядом, становится дурно.

А опер молчал. Проклиная себя в душе, хотел, чтобы осознала, осмыслила, пережила эту не поддающуюся пониманию мысль. С тем, чтобы следующая новость легла уже на зарубцевавшуюся ткань сознания, причиняя меньше боли.

– Нет, – наконец стряхнул с себя искусственное оцепенение Демидов. – Нет-нет! – понял, что затянулась пауза. Вытащив из кармана сложенный вчетверо листок, протянул его девушке. – Мы не родные. По этому поводу даже не переживай.

Пока Ксения подрагивающими пальцами разворачивала бланк с результатами генетической экспертизы, вчитывалась в незнакомые и сложные формулировки, едва заметно шевеля губами, он думал. Напряженно подыскивал слова, чтобы облечь ложь в правдоподобную оболочку."

"– Мы поедем по другому поводу, – медленно цедя слова сквозь одеревеневшие губы, произнес Влад негромко, чтобы не напугать ее совсем. Пользовался случаем, пока все внимание Ксюши было сосредоточено на белом листе бумаги. – Один человек утверждает, что ты можешь быть его дочерью. Его родной дочерью, – заметив, что девушка застыла, внутренне замер и сам. – Он хочет это проверить. Если ты его дочь, он оформит опеку на себя, – проговорил уже практически на последнем выдохе, а вздохнуть заново не смог. Стоило только на доли секунды представить, что это правда, и как будто окаменело все внутри, заледенело от одной только мысли о том, что не будет больше между ними ничего общего. Фамилии и те, будут разные.

Изумленные глаза Ксении уставились на него. Вихрь эмоций взметнулся в душе девушки и оставил след на побледневшем лице.