Дочь друга. Ненужные чувства (СИ)

Я так сильно анализирую его реакцию, что как-то совершенно забываю о своей. О том, что, между прочим, очень сильно испугалась, что даже говорить толком не могла, но все это как-то забывается и отходит на второй план. Может, у Кирилла тактика такая? Не обхаживать жертву, а переключить?

— Давай договоримся, Катя, пока твой отец не в курсе и ответственность за тебя несу я, звони мне, предупреди, где ты и с кем.

— Ваши отношения с Романом Ль…

— Наши отношения с Орловым никак к тебе не относятся.

— Ты поэтому избил его сейчас? При мне? Потому что не относятся?

— О, Катя, поверь, сейчас он получил далеко не за то, что натворил в прошлом.

Орлов — человек, которому доверять не стоит в первую очередь, а ты… — он стискивает челюсти, — почему-то решила, что с ним безопасно."

"— А разве нет? Меня не напоили в клубе.

— Да, — кивает. — Всего лишь чуть не изнасиловали за его пределами.

— При чем тут Рома?

— Рома… — выплевывает. — Прекрасно, блядь…

Вот как с ним разговаривать?

Невозможно ведь! Чуть что — злится и матерится. Он вообще сейчас похож на концентрированный комок нервов и злости. Даже водит агрессивно, чего раньше я за ним не замечала.

— Что снова не так?

— Да все так, Катя. Если планируешь отсюда уехать с впечатлениями, которые никогда не забудешь, все так. Продолжай в том же духе.

— Ты мне сейчас напоминаешь абьюзера.

— Понабралась ведь… на курсах этих вас научили, что ли?

— Не на курсах, Кирилл. Ты ничего не объясняешь, но говоришь, что Орлов плохой. А он, между прочим, ничего плохого о тебе не сказал ни разу.

— Может, потому что ему нечего, Катя?

Глава 31

Кирилл

— Марусь, готовь операционную на одного, — командует Герман, как только вхожу в зал.

 — Надеюсь, у тебя есть веская причина похерить операцию, к которой мы готовились столько времени.

— Ир, принеси кофе, если не сложно, — отправляю последнего свидетеля нашего разговора.

Плюхаюсь на диван, виновато смотрю на Германа.

— Бабы, блядь… — сухо констатирую.

— Объемно, — усмехается Герман.

— В клубе вчера был.

— Это я слышу по запаху.

— В клубе я не пил, Гер. Потом уже, дома. Вывела, блядь…

Меня после вчерашнего немного потряхивает. Не помню, когда я махал кулаками. Это было так давно, что воспоминания напрочь стерлись из памяти, но самое стремное, что того парня, который лежал подо мной без сознания, я мог запросто убить, настолько потерял контроль.

Помню только, как увидел его лапы на ее теле, и все… вынесло. Я пришел в себя, лишь когда к Кате двинулся Орлов. Вот уж кого рядом с ней быть точно не должно.

В двух словах пересказываю Герману историю. Он слушает молча, а после хмурится. Орлов и ему знаком. В свое время кого он только не доставал по моему делу. И персонал, и главврача, и коллег-хирургов.