Долг оплачен

Звонки лились один за другим, когда ещё не было девяти часов. Я собирала информацию, записывала всё в блокнот, чтобы донести боссу. Сновали посетители. И я слышала строгий голос сатира в диспетчерской связи, который разрешал к себе пускать или просил подождать.

Через два часа я вошла в кабинет с чашкой кофе на подносе и, встав у стола сатира, уже собралась объявить, что у нас на повестке дня, но загляделась на него.

Он подстригся и гладко выбрился. Пил кофе и хмурил брови, рассматривая монитор своего компьютера.

— Завтра у Марка День рождение, — начала совсем не с того, с чего стоило начинать, но почему-то мне показалось это событие самым важным.

— Закажи подарок, — не глядя на меня велел Санчес.

— Вас приглашают на юридический консилиум по вопросам возникшей адвокатской практики…

— Дальше, — он взял телефон и вызвал к себе Иннокентия.

Я заранее покраснела, потому что кого угодно, а Кешу я видеть не хотела. И так я надеялась, что его уволят. С другой стороны, кто будет увольнять специалиста из-за моей выходки. И зачем я вообще человеку желаю увольнения, когда он на своём месте.

Продолжила выкладывать новости, стараясь держать себя в руках, когда в кабинет вошёл Инокентий. Сесть нам предложено не было, так и стояли у стола начальника: я монотонно говорила о предстоящих делах, Кеша молчал.

— Извинись, Эмилия Романовна, перед Иннокентием за вчерашний розыгрыш, — велел Санчес.

— А что говорить? — буркнула я, продолжая зардеть."

"— Скажи, что сожалеешь, что не хотела, — подсказывал сатир и наконец-то оторвался от монитора. Поднял на меня миндалевидные серо-зелёные глаза и завис.

Влюблённый мужчина, что ещё сказать. Любовался мной.

— Не капельки я не сожалею и очень этого хотела. Даже переживала, получится ли, — сообщила я и отвела от босса взгляд.

— Продолжаешь правду-матку рубить, — констатировал Санчес.

— Не стоит тебе поступать на юридический, — усмехнулся Кеша.

— Он приставал к тебе? Домогался? Пытался изнасиловать? — допытывался босс.

— Нет, он сказал, что вы будете это делать.

Нависла пауза. Александр Константинович вздохнул:

— Иннокентий, может, тебе тоже не стоило на юридический поступать?

Они тихо засмеялись.

— Где будет проходить консилиум? — взял себя в руки сатир.

— В среду, в конференц-зале на Первомайской двести три.

— Иннокентий, поедешь ты.

— Поешь на халяву, — шепнула я.

— Никакого панибратства и приколов на рабочем месте, Эмили! Иди, работай.

— Слушаюсь и повинуюсь, — обиделась я и вышла из кабинета.

***

— Вот прямо лопнуло? — выпучила глаза на парня в рабочем комбинезоне и кепке. Он принёс документы со склада и плитку молочного шоколада с орешками. Рассказывал мне водительские байки. Теперь о лопнувшем колесе.

— Да, — он был несказанно рад, что его лапша не падает с моих ушей.