Долго тебя ждала

– Не слышу «да, мама», – вмешался в процесс воспитания Роман.

– Да, мама! – пропели дети, но Кравец-то заметил их скрещенные пальчики. Улыбнулся.

Пока они болтали, пошел снег. Последний в этом году, если верить прогнозам. В сгустившихся сумерках показались фары подъезжающей машины.

– О, Сиваков таки явился.

Митька Сиваков в их школьной компании был как чемодан без ручки. Тот, который выкинуть жалко, а сил нести – нет.

– Слышал, они с Веткой развелись, – проявил осведомлённость Женя. Почему-то было стыдно, что он выпал из их круга. Выпал настолько, что даже не представлял, что у Юльки с Быковым детей уже трое!

– Ага. Развелись. Кстати, вон, она идет. У нее здесь свой салон. Его, как и ресторан Мариам, проектировала Дуня. Ты же помнишь Дуню?

Девочку, которая пришла к ним лишь в одиннадцатом классе, Кравец помнил хуже других. Знал лишь, что Семен был в нее влюблен, собирался ехать за ней в столицу, а потом случился тот ужасный  несчастный случай, и планы пришлось менять.

– Да-да, конечно. Она тоже приедет?

– Дуня? Нет, она здесь нечастый гость.

Машины, въехавшие на территорию, припарковались. Синхронно хлопнули дверцы. Из шикарного Рендж Ровера вышел высокий мужик и, ступая по обледенелой дорожке бесшумно и мягко, как кот, пошел прямиком на них.

– Сема! – заорала Юль Санна. – Ну, ты смотри! Успел! Ой, дай я тебя обниму…

Левой рукой Семен послушно приобнял Юльку, а правую потянул, чтобы поздороваться с мужиками.

– Добрый вечер, Роман Викторович. Жень… Ну, наконец, ты приехал! Очень рад. Редкий ты у нас гость.

– А сам-то? А сам?! – возмутилась Юль Санна, поворачиваясь к Кравцу. – Он ведь сам лишь в том году объявился! И если бы не эта база…

– Какая база? – приподнял брови Кравец, всем видом демонстрируя собравшимся свою заинтересованность. И скрывая за ней нервозность, которая охватывала его, чем дальше, тем сильнее. Мариам… Вот, кого он хотел увидеть. Эту бесстыжую заразу!

– Очевидно, какая-то секретная. Семен не хочет о ней рассказывать, – хмыкнул подошедший к ним со спины мужик. Кравец обернулся. Перед ним маячил изрядно потрепанный жизнью Митька Сиваков. Осунувшийся, с уже начавшими редеть волосами, он выглядел довольно помято."

"Женя перевел взгляд на Семена. Тот стоял, бесстрастно разглядывая возвышающиеся за их спинами горы, и, кажется, действительно не собирался никому и ничего объяснять. По крайней мере, Сивакову уж точно.

– Всем привет, – очаровательно улыбнулась Ветка, заходя в их плотный кружок. Вот, кто по-настоящему принарядился для их встречи. Тонкие колготки, шпильки, короткое платье, наверняка от какого-нибудь дизайнера. В прошлом дочь мэра, Сандалова ничего другого не носила. – Семен… Господи, тебя не узнать!  Возмужал-то как.