Долго тебя ждала

И вот на этих ногах, которые совершенно ее не держали, Мариам рванула к нему.

– Отдай! Немедленно отдай. Ты зачем полез… кто тебе… – слов не было. Мариам путалась. Конечно, будь она чуть увереннее, ситуацию можно было выкрутить как угодно. Можно было над ней посмеяться, а потом, напротив, перевести в более чувственное русло. Но Мариам восприняла ее как еще одно личное поражение. Ей было стыдно. Так стыдно, как никогда в жизни не было.

– А что, ты хотела оставить эту… хм… впечатляющую коллекцию родителям?

– Нет, конечно!

– Ну, тогда забирай. Какие вопросы?

Огромный член улетел обратно в коробку.

– Я выброшу все.

– Зачем же? Я при всем желании не составлю конкуренцию Гиганту. Оказывается, моя будущая жена – большая затейница. Ну, кто бы мог подумать…

Мариам покраснела еще сильней, хотя это в принципе вряд ли было возможно. Прижала ладони к горящим щекам, буквально заставляя себя на него посмотреть. Ей жизненно важно было понять – он издевается? Презирает? Жалеет? Глаза Кравца чуть сузились, а зрачки, напротив, расширились. А поскольку его лицо оставалось совершенно бесстрастным, о его истинных эмоциях оставалось только догадываться.

– Я никогда им не пользовалась. Можешь мне не верить.

Когда-то давно Мариам сделала заказ в интернет-магазине, не обратив внимания на размер – вот как он у нее появился – этот… монстр. И да. Она никогда им не пользовалась, это было бы самоубийством.

– Мам, я готов! – заорал Левон.

Мариам схватила крышку, в спешке водрузила ту на коробку, чтобы не дай бог ее содержимое не увидел сын, и выбежала ему навстречу.

– Отлично. Мы тоже собрались. Ты как, точно не против нашего переезда?

– Женя – классный. И он тебя любит."

"Сглотнув готовый сорваться вопрос – «Почему ты так решил?» – Мариам слабо улыбнулась. Потом было долгое прощание с родителями – мама украдкой утирала слезу, отец поджимал губы и ругал их за спешку.

– Ну, зачэм торопиться?! Сыграли бы свадьбу, как паложено! Пазвали бы гастей.

– Дядь Рубен, я же говорил – мне нужно уехать. Поэтому и торопимся.

Мариам сжалась. То, что Женя ее выгораживал несмотря ни на что, только лишь усугубляло чувство вины перед ним.

– Вот и езжай! А мы пока здэсь все приготовим в лучшем виде.

– Ну, уж нет. У меня невеста – вон, какая красавица, уведут еще, чего доброго, – отшутился Кравец. – Мне спокойней будет, зная, что Мариам моя официально. А праздник можем устроить, когда я вернусь.

– Вай! Убедил. Лали, у нас есть знакомые в ЗАГСе?

– Найдем, –  улыбнулась через слезы Лали.

Наконец, простились, погрузили сумки и двинулись в путь. Мариам, прижавшись носом к стеклу, наблюдала за застывшими у калитки родителями. Левон болтал, не закрывая рта, Женя что-то ему отвечал. Она не прислушивалась, пребывая в каком-то тумане.