Драгоценный выстрел

Никто не давал открытой рекламы, никто не обращался «к молодежи» с призывами — приходите в нашу частную военную компанию, она самая лучшая.

Если же и имелись предложения подобного рода, они, как правило, были недобросовестны. Загадочные вербовщики, предлагающие свои услуги желающим «устроиться на работу» в ЧВК, зачастую разоблачались на страницах того же форума, где рекламировались их услуги.

По окончании своего короткого «интернет-тестирования» Лев лишь убедился в том, о чем подсознательно догадывался и раньше, — набор бойцов в структуры, подобные ЧВК, ведется индивидуально и адресно, абы кого с улицы туда не берут.

С одной стороны, это было оправданно и вполне объяснимо, но с другой — создавало почву для всевозможных спекуляций и появления тех же самых недобросовестных вербовщиков. Тотальная «засекреченность» не давала возможности проверить достоверность полученной от вербовщика информации и создавала риск, что кандидат в «герои» попадет совсем не туда, куда рассчитывал.

По-видимому, жертвой подобной спекуляции и стал Кирилл Титов.

«Откуда он мог получить такие сведения, — в очередной раз задавался риторическим вопросом полковник. — Выкладывал свои координаты с пометкой «хочу на войну», как делают здесь некоторые? Узнал от знакомых? От коллег по работе?»

Но, судя по тому, что говорили коллеги, они даже не подозревали о новой сфере деятельности Кирилла, а что касается друзей и знакомых, самым близким из них был Максим, и даже с ним Кирилл не обсуждал эту тему.

Кроме того, по упоминаниям того же Максима, его друг не отличался особой воинственностью, и «война ради войны» его навряд ли могла заинтересовать. Поэтому маловероятно, что он настолько стремился воевать, что «светился» на всех форумах в надежде, что на него «клюнет» какой-нибудь вербовщик.

«Интерес здесь наверняка был в основном финансовый. Вот и Максим говорил, что не в «воинственности» дело. Предложили денежную работу, он согласился. Именно предложили, а не сам напросился. Его нашли, а не он. В конце концов, прилично зарабатывать можно и в «мирной» сфере. И если бы Кирилл захотел сменить работу, он, скорее всего, искал бы вакансию личного телохранителя, а не солдата. Да, по-видимому, предложение пришло извне. Но от кого? И почему именно Кириллу?»

На эти вопросы ответа у полковника пока не было, и блуждание по просторам Сети практически ничего не добавило в копилку информации на эту тему.

Около семи, когда Гуров уже собирался ехать домой, позвонил Максим.

— Я подумал. В смысле… решил, — несколько путано, но с большой убежденностью проговорил он. — Я сам ей скажу. Людмиле Ивановне. Вам не нужно ехать.

— Хорошо, — ответил Лев. — Так даже лучше. Ей нужно будет приехать на опознание. Постарайся подготовить ее.

— Я постараюсь.