Драгоценный выстрел

— Вы сможете опознать этих людей, если увидите снова?

— Разумеется, — с некоторым даже удивлением посмотрел на полковника Буреев. — Я с ними целую неделю плотно общался.

— Этот человек был в составе команды? — Гуров достал блокнот и вынул вложенную туда фотографию Кирилла, которую передала ему Людмила Ивановна.

Он не ожидал многого от ответа Буреева. До начала своих «предвоенных» тренировок Кирилл не числился в личных телохранителях, а если бы новая работа была связана с охраной, а не с ЧВК, как говорил он Максиму, незачем было делать из нее такой большой секрет. Предлагая фотографию для просмотра, Лев не очень надеялся, что Буреев ее опознает, но точки над «i» необходимо было расставить.

— Нет, такого не было.

Инструктору не пришлось даже особенно внимательно всматриваться, чтобы вынести свой вердикт. Было очевидно, что в чертах Кирилла абсолютно ничего не показалось ему знакомым.

Продолжать разговор было бессмысленно, и Гуров поспешил распрощаться, оставив командующего и подчиненных выяснять отношения.

На обратной дороге из Солнечногорска он так и этак прокручивал в голове не слишком богатые сведения, полученные в части, пытаясь определить, каким образом они могут помочь ему в расследовании этого дела.

Инстинктивно он чувствовал, что зацепил некую ниточку, и это несанкционированное «повышение квалификации» телохранителей некоего господина Яковлева еще не раз аукнется в расследовании. Но все до единого реальные факты, которые удалось узнать, говорили об обратном.

Календарный период тренировок на спецназовском полигоне совпадал с периодом, в который тренировался Кирилл. Но продолжительность тренировок была гораздо короче.

Цель занятий ставилась совершенно ясно и определенно — «привить новые, более эффективные охранные навыки». Ни о какой отправке в «горячие» точки речь здесь не шла, и, следовательно, в «особой секретности» не было ни малейшей необходимости.

И главное — Буреев не опознал Кирилла. Следовательно, если он и тренировался где-то недалеко от Москвы, то уж точно не на этой спецназовской базе.

«Что-то я, кажется, все-таки угадал, но вот что именно? — думал Лев. — То, что в отсутствие командира части его заместитель позволил себе несколько излишнюю «свободу действий»? Но сам же Валентин Игоревич подтвердил, что Яковлев в части человек не совсем посторонний, и в том, что Ковров разрешил его бодигардам недельку побегать на полигоне, нет такого уж страшного преступления. Нехорошо, конечно, что не доложил об этом начальству, но, возможно, сам этот «недоклад» как раз и свидетельствует о том, что случаю не придавалось особого значения».

Тем не менее он решил при первой же возможности навести о персоне Яковлева более подробные справки.