Драгоценный выстрел

Присев на один из стульев, Лев приготовился к терпеливому ожиданию, но уже через десять минут входная дверь открылась, и в вестибюле-предбаннике появилась живописная группа.

Высокий светловолосый мужчина, быстрой и решительной походкой вошедший в комнату, был окружен еще тремя джентльменами, профессию которых несложно было угадать по их внешнему виду.

Два огромных «шкафа» и еще один товарищ, слегка уступавший им габаритами, несомненно, принадлежали к доблестной армии телохранителей.

Мельком взглянув на их лица, Гуров задержался на самом «мелком» из трех мужчин. Что-то в его чертах показалось ему знакомым.

Тем временем Туркалин остановил свое стремительное продвижение к кабинету, вопросительно взглядывая то на секретаршу, то на Гурова.

— Это к вам… по личному вопросу, — смущенно и как-то даже испуганно проговорила девушка.

— Чем обязан? — не особенно доброжелательно поинтересовался Туркалин, меряя Гурова взглядом.

На такую неласковую встречу тот решил отреагировать адекватно. Он вытащил удостоверение и, разворачивая «корочки», проговорил:

— Дело касается покушения на Анатолия Яковлева. Мне необходимо задать вам несколько вопросов.

— Но ведь это дело закрыли, — с видимым недовольством, но без малейшего волнения или испуга произнес Туркалин.

— Выяснились новые обстоятельства. Возможно, необходимо доследование. Мне нужно с вами поговорить.

— Ладно, — досадливо скривившись, как от жужжания назойливой мухи, согласился Туркалин. — Проходите.

Он открыл дверь, пропуская Гурова в свой кабинет, и одновременно бросил охранникам:

— Вова, Юра, можете идти вниз. Борис, ты дежуришь здесь.

«Вова?!»

Осененный догадкой, Гуров с любопытством проводил взглядом низкорослого телохранителя, но предаваться ностальгическим воспоминаниям было некогда. Туркалин уже входил следом за ним в просторную, оформленную в стиле хай-тек комнату, и сейчас необходимо было сосредоточиться на предстоящем разговоре.

— Так что же это за новые обстоятельства? — садясь за большой стол, солидно и неприязненно произнес Валерий Андреевич. — Насколько я помню, все имеющиеся обстоятельства были выяснены и исчерпаны еще в ходе прошлого следствия. И доказано в результате было лишь одно — все инсинуации Яковлева по поводу моей причастности — это не более чем причуды его нездоровой фантазии.

Надменный и высокомерный тон вызывал у Гурова раздражение, и он уже чувствовал желание действительно заняться доследованием этого покушения и вывести Туркалина на чистую воду.