Драгун. Крест за Базарджик

«Не то, всё не то, – думал, рассматривая их изделия, Тимофей. – А вот это уже интересно!» Какой-то весьма приличный господин увлечённо торговался за небольшую кожаную сумку. Наконец продавец с покупателем пришли к согласию, и, рассчитавшись за покупку, учтиво поклонившись Гончарову, господин вышел из лавки.

– Господарь офицер желает что-то купить? – широко улыбаясь, поинтересовался на приличном русском приказчик.

– Мне нужен тот мастер, который это всё делает. – Тимофей кивнул на выставленный товар.

– Зачем, мы и так всё продать, – всё так же улыбаясь, произнёс продавец. – Кожа хороший, ни у кого такой нет. Господин покупать, потом ещё сюда приходить.

– Мне не нужен этот товар. – Гончаров кивнул на разложенные изделия. – Мне нужно сделать вещь под заказ. Вот такую. – И, сняв с плеча полевую сумку, подал её приказчику.

– О-хо-хо. – Тот покачал удивлённо головой, рассматривая диковину. – Открывать?"

"– Открывай, открывай, – разрешил Тимофей. – Там внутри много ещё чего есть. Ну-у, видел такие? – поинтересовался он у приказчика.

– Нет, – признался тот, раскладывая боковые отделения сумки. – У нас такой никто не шить. Я такой никогда не видать. Очень много работы, хороший кожа. Где такой делать?

– На Кавказе, – ответил Гончаров. – Ну так что, твой мастер возьмётся за такую работу или мне искать другого?

– Зачем искать, мой мастер всё уметь делать, – почесав голову, заявил приказчик. – Нику! – крикнул он, и из глубины лавки выскочил заспанный мальчишка. После недолгих наставлений тот, похоже, уяснил, что от него требуется, и, согласно кивнув головой, выскочил на улицу.

– Господин, идти за мальчик, – отдавая обратно сумку, сказал торговец. – Нику привести к мой дядя Марко, он есть тот самый мастер, и вы с ним всё обговорить.

Путь к мастеру занял минут двадцать, вышли из старого города и, спустившись к реке, проследовали вдоль неё около версты по длинной кривой улице. Каменных домов здесь уже не было, зато стояло много лачуг и длинных, барачного типа зданий, из которых доносился стук молотков и скрежет. Воняло гарью и чем-то кислым. «Ремесленный квартал», – понял Тимофей, обходя огромную лужу. Прямо на берегу речки, под холодным дождём, одетые в рванину люди полоскали какие-то куски то ли ткани, то ли кожи, разглядеть с улицы было сложно. Несколько человек мешали что-то палками в огромных деревянных чанах. Пахнуло жжёной шерстью, гнилью и уксусом.

Нику свернул к одному из домов и поманил за собой Гончарова. По накинутым через грязную лужу доскам подошли к крыльцу, мальчишка толкнул дверь и с порога затараторил. В ответ ему раздалось ворчанье. Оббив от налипшей грязи сапоги, Тимофей пригнулся и зашёл внутрь дома.