Драгун. Крест за Базарджик

 – С вещами велели идти, значит, на гауптвахте более содержать не собираются. А после суда обычно или в тюрьму, или разжалованным в пехотную роту». «Эполеты с погон слетят, и я лично прослежу, чтобы тебя к самому строгому батальонному командиру определили!» – всплыли слова комендантского майора.

– Ваши благородия, вам сюда. – Унтер показал на боковую дверь. – Толкайте сильнее, там вас ждут.

Тимофей приоткрыл её и шагнул внутрь слабо освещённой комнаты.

– Смелее, смелее заходим, господа прапорщики! Чего тянетесь?! – донёсся такой знакомый арестантам голос. У грубо сколоченного, массивного стола сидел на табурете Копорский.

– Пётр Сергеевич! Господин штабс-капитан! – воскликнули обрадованные драгуны. – Вы-то тут как? А мы уж думали, к судебному следователю заходим!

– Бог миловал, не по этой части, – усмехнулся тот, подкручивая ус. – Ну что, прохвосты и дуэлянты, присаживайтесь, разговор у меня к вам есть, – сообщил он и, подождав, когда прапорщики разместятся на скамье, продолжил: – Удивились, небось, когда меня увидали? То-то же! Значит, слушайте сюда, говорить буду кратко и самую суть, потому как времени рассусоливать у меня сейчас нет. Слышали, наверное, что я перевожусь в Румелию, в армию к Багратиону? Тут у нас долгое затишье на Кавказе предполагается, а там сейчас вовсю война с турками идёт. Скажу вам, не скрывая, всё равно ведь про это узнаете. В шефах Стародубовского драгунского полка состоит мой родной дядя генерал-майор Войнов Александр Львович. У него после потерь в прошлом году образовалось много вакантных командирских мест. Так что по прибытии в Румелию я должен получить эскадрон и капитанский чин. У вас есть возможность избежать суда и, отделавшись лишь записью в послужном списке, убыть вместе со мной. Что на это скажете?

– Так ведь наше дело решает сам Тормасов, неужели вот так просто с Кавказа отпустит? – промолвил огорошенно Димка.

– Ты, Марков, думаешь, я просто так с вами тут, в этом казённом месте, сейчас болтаю? – произнёс с лёгкой иронией Копорский. – Имейте в виду, их высокопревосходительство посвящён во все тонкости ваших хитросплетений с французами. Максимум, что он может сделать в этом весьма и весьма непростом деле, – это дать вам возможность от лишних глаз перевестись в другой полк и на другой театр военных действий. Ну и запись в послужном списке, конечно, получите, без этого уж никак, грубое нарушение дисциплины всё равно ведь имело место. Я убываю через два дня. С собой мне позволено взять два десятка из строевых нижних чинов, несколько нестроевых драгунов и двух нерадивых прапорщиков. Сами понимаете, меньшими силами выходить в дальнюю дорогу рискованно, а тут целый отряд.