Драконы космического флота

— Они могли тренироваться на соутах, кассах, землянах. Они годами испытывали и испытывают на слабых свои разработки и украденные у нас идеи, — влезаю в разговор, ибо молчать больше не могу."

"На мостике возникает оглушающая тишина и все, кроме адмирала оборачиваются и смотрят на меня со священным ужасом.

Невольно передёргиваю плечами, так как мне это уже начинает надоедать. Неужели я настолько страшная по их меркам, что они не могут сдержать эмоций. Или я чего-то другого не знаю?

Кстати, замечаю, что лицо капитана напоминает сливу. Не в смысле по форме, а по цвету. Всё его лицо один сплошной синяк. И я даже знаю, что капитан точно не падал сто тысяч пятьсот раз с лестницы и исключительно лицом. Хмурюсь, но не решаюсь высказывать своё негодование.

Адмирал тоже, наконец, оборачивается и произносит:

— Доктор Мэй, рад, что с вами всё в порядке.

Стою ровно и вытянуто, киваю и произношу:

— Я тоже рада и… могу задать вопрос?

Адмирал сначала грозным взглядом одаривает свою команду и те возвращаются к своим обязанностям, потом мужчина подходит ко мне, убирает руки за спину, смотрит мне в глаза и говорит:

— Задавайте.

Облизываю губы и спрашиваю:

— Простите заранее, если мой вопрос покажется вам глупым или неуместным, но меня он волнует после ваших слов о селтах… В общем, вы собираетесь обо всём долож… поговорить с МГС? Ведь если объединить наши силы и ваши, то думаю, мы давно бы покончили с селтами.

Адмирал улыбается одними уголками губ и смотрит на меня как-то уж снисходительно, капитан издаёт смешок и произносит:

— Простите, доктор Мэй, но в МГС слишком эгоистичны, чтобы прислушиваться к тем, кто сильнее и умнее во многих аспектах.

Поджимаю недовольно губы, и думаю про себя, что может оно и так, но насчёт медицины у драконов точно туго.

— Но это не логично разбрасываться дополнительными силами и союзниками, — замечаю максимально дружелюбным тоном.

Мужчины делают вид, что резко оглохли. Но кто-то из драконов негромко, но всё равно хорошо слышно решается сказать:

— Можно подумать, будто люди руководствуются логикой.

Кто-то ещё тише бормочет:

— Мы спасаемся от верной смерти на боевых заданиях, чтобы погибнуть этой самой смертью от руки адмирала. И всё из-за землянки. Вот радость-то.

Все обмениваются понимающими взглядами. Я замечаю, что адмирал больше не улыбается. Он снова хмур и грозен. И на висках выступают чёрно-серебристые чешуйки.

— Доктор, мы давно познали себя и хорошо познали селтов, а эти два фактора наиболее важны, чтобы сражаться хоть в тысячах сражениях без ощутимых потерь. Поэтому не забивайте себе голову этими несущественными мужскими заботами, — говорит мне адмирал и в конце даже улыбается.