Дремучий случай

Вот чего еще не хватало для полного счастья, так это послушать лекцию про сущность бытия.

— Я не верю в судьбу, — пробурчал я и отвернулся, всем своим видом давая, что разговор закончен.

Однако старик намека явно не понял.

— И зря, милый мой, зря…Тебя как звать-то, парень? — вдруг спохватился он. — Вчера, кажись, так и не представился.

Почему-то захотелось наврать, сказать, что я какой-нибудь Петя Сидоров, и вообще я не здешний. Но врать я не стал, все-таки этот человек спас мне жизнь.

— Роман, — назвался я.

Старик прищурился, внимательно изучая меня.

— А что? — хмыкнул он. — Тебе идет. Ну что, Ромка, как себя чувствуешь?

Я поморщился.

— Чувствую себя инвалидом. Но значительно лучше, чем вчера, — это была правда, сегодня я мог хоть на койке ерзать и кружку держать, а вчера вообще был как живой труп. — Спасибо вам, — сказать это было труднее, я не привык благодарить, тем более посторонних. Да я и вообще не помнил, чтобы мне в последнее время кто-нибудь помогал без какой-либо выгоды для себя.

— Через пару дней на ноги встанешь, — пообещал старик. — Это настойка приготовлена по особому рецепту, который еще от моей бабки достался, любого поднимет. Если ему не пора, конечно.

Я тяжело вздохнул. Ну вот, опять он про судьбу начал, а я-то обрадовался, что тема закрыта.

— Сейчас у меня нет сил с вами спорить, — признался я.

Старик хмыкнул.

— Оно и правильно, сил тебе набираться нужно, — он встал и закинул на плечо вылинявшую авоську. — Я пойду пройдусь по делам, вот приду и поболтаем.

Я промолчал, он счел это за согласие и вышел.

Я закрыл глаза и попробовал расслабиться. Мне действительно нужно было набраться сил.

Вчерашнее желание умереть пропало. Нельзя потакать своим слабостям, надо бороться.

Я попытался составить план на будущее, свою жизнь без банды Змея. Получалось плохо. Что будет, если я как ни в чем не бывало объявлюсь в школе? Мохов тут же доложит Сазану, это как пить дать. И что потом? Сцена смерти номер два? Они уже считают, что я их предал, а потому будут бояться, что я сделаю это снова. А значит, попробую убрать меня еще раз.

И какой же выход?"

"Ответов пока не находилось. Прятаться я тоже не мог. Мне вообще было тошно от мысли, что из-за тупоголового Сазана я стану менять свою жизнь.

А может поверить в судьбу, и будь, что будет?

Эта мысль удивила меня самого. Выходит, послушал сумасшедшего старика и сам проникся фатализмом? Нет уж, увольте. Но планы на будущее и вправду были уж слишком туманными. От этого разболелась голова, снова потянуло в сон.

Как говорила Скарлет О'Хара: 'Я подумаю об этом завтра'…

Это была последняя мысль, пришедшая в мою больную голову. Я уснул.

Когда я проснулся, старик был дома. Сидел на своем трехногом табурете недалеко от меня и чистил картошку.