Дремучий случай

 — Она ведь только что была жива. Только что! Ее можно спасти!

Дима покачал головой:

— Нельзя, — и он указал на приведение и демона, — посмотри.

Оксана вздрогнула, но все же послушалась и устремила взгляд в указанном направлении.

Интересно, у меня было такое же лицо, когда я впервые увидел Жанну на кладбище? Нет, надо отдать Оксане должное, в отличие от меня она не кинулась с воплями наутек, только мертвенно побледнела и покачнулась, но в обморок не упала, только судорожно сглотнула.

— Тетя? — ее голос дрожал.

— Ксюнь, я… — начал было призрак, но его бесцеремонно прервала Жанна.

— Что здесь происходит?! — гневно вмешалась она, видимо забыв, что вступать в контакт с демонами ей не разрешалось. — Особенно ты, — ее тонкий палец практически уперся в прозрачную грудь демона, — что здесь делаешь?

— Я выполняю свою работу, — спокойно ответил тот.

— Если бы ты не был мертв… — прошипела Жанна, совсем не по-ангельски, но фразу все же не окончила. — С какой стати ты пришел за этой женщиной?

Это ее повторное ударение на слове 'ты' ясно показало, что с данным представителем темной стороны она встретилась не впервые, и они явно хорошо знакомы, впрочем, не зря же тот так побледнел, когда увидел моего ангела.

Однако спокойствию демона можно было позавидовать. Ответил он без всяких проявлений эмоций в голосе:

— Послали, вот и пришел. Это у вас принято проявлять инициативу, — это слово он произнес с издевкой, — а потому у вас там полный бедлам. Мы же с точностью выполняем приказы.

— А поподробнее на слове 'приказ'? Какого рода приказ? Причем здесь она? — на этот раз Жанна бесцеремонно ткнула пальцем в сторону приведения.

— Да что здесь, черт возьми, происходит?! — не выдержала Оксана. — Кто вы такие?! Что с моей тетей?

— Ксюнечка… — снова попробовала тетя Алла, но на этот раз ее прервала своим криком сама племянница. Еще бы, это мы слышали ее 'Ксюнечку', а Оксана — только что-то вроде стона (Жанна говорила, люди именно так воспринимают речь призраков).

— Прекрати орать! — шикнула Жанна в сторону девушки, но ее обращение произвело такой же эффект: Оксана снова вскрикнула и инстинктивно, ухватила Диму за рукав, то ли чтобы не упасть, то ли чтобы прикрыться им, как щитом, в случае нападения. — У-у… — мой ангел совсем уже разозлился. — Ну почему при жизни все такие паникеры?.. Ром, — о-па, вот и про меня вспомнили, честно говоря, я был совсем не против, чтобы про меня забыли, — объясни ей, что это всего лишь смерть, и нечего так орать.

Я хмыкнул. Если я произнесу что-то вроде Жанниного циничного 'всего лишь смерть', то, навряд ли, это подействует на Оксану успокоительно, скорее уж одним трупом станет больше. Этот вариант мне не понравился, живые мне по привычке были как-то роднее.