Дрожь

– Подождите!

Саския тянет меня за руку.

– Пошли.

Я в замешательстве, но Саския тащит меня к креслу, мы запрыгиваем в него и начинаем подъем.

– Увидимся на вершине! – кричу я Кертису.

Саския не опустила предохранительную планку, поэтому я тянусь к ней.

– Подожди, – говорит она. – Я хочу снять куртку. Я вспотела.

Я не опускаю планку и откидываюсь назад на сиденье. День стоит теплый. Сейчас только начало февраля, а кажется, что уже наступила весна. Саския обвязывает куртку вокруг талии и тоже откидывается на спинку кресла рядом со мной.

Кертис громко свистит с кресла, которое идет позади нас.

Я поворачиваюсь к нему.

– Что?

– Предохранительная планка!

– Он что, издевается? – бормочет себе под нос Саския.

Я опускаю планку, и она защелкивается с негромким лязгом. Я поворачиваюсь к Саскии. Надо с этим разобраться.

– Что ты вчера бросила в Джасинту?

К моему удивлению, она хохочет. Я в шоке.

– Ты об этом хотела поговорить?

Я изучающе смотрю на нее, надеясь, что эта реакция вызвана удивлением, а не тем, что для Джасинты сезон закончен.

Саския опускает руку в карман и достает черный кусочек ткани из микрофибры.

– Ты это имела в виду?

Я замечаю логотип в углу – белая молния Electric Eyewear.

– Это моя салфетка для очков, – говорю я.

– Я нашла ее в хафпайпе – там, где упала бедная Джасинта. Ты ее бросила прямо ей под ноги.

– Ты ее бросила! – говорю я.

Саския снова смеется.

– А зачем мне бросать твою салфетку для очков?"

"У меня отвисает челюсть. Из-за того, что она сделала, Джасинта сломала ногу. Но я не вижу даже намека на угрызения совести. Да она, кажется, счастлива, что добилась подобного результата.

– Я не могу поверить. Ты, вероятно…

Боже, я не могу выдавить из себя ни слова.

Саския бросает взгляд через плечо на брата в следующем кресле.

– Мое слово против твоего. Если будешь молчать, я тоже ничего не скажу. Как ты думаешь, кому он поверит?

Я уже видела, как Кертис относится к сестре и как ее защищает. Он может сколько угодно говорить мне, что рядом с ней нужно быть осторожной и осмотрительной, но если придется выбирать, то вполне возможно, что он поверит ей, а не мне. Кровь – не водица, и все такое. И в конце концов это же на самом деле моя салфетка для очков.

Затем я думаю про СМС, которое отправила ему вчера. «Мне очень жаль». Он легко может его интерпретировать, как чувство вины. Моя дружба с Кертисом так много для меня значит. Даже если Саския опишет случившееся, как глупую шалость, я не уверена, что он когда-либо простит мне сломанную ногу его девушки.

Саския убирает салфетку назад в карман.

– Я оставлю ее у себя. Как доказательство.

Глава 31

Наши дни

Мое колено пульсирует. Я хромаю по коридору так быстро, как только могу.