Дрожь

Или кто-то еще. Жюльен?

– Если кто-то из вас выйдет на улицу и наберет снега, я его растоплю, – говорю я.

– Я выйду, – предлагает Кертис и хватает сковородку.

– Как хорошо, что у нас есть электричество, – говорит Брент. Похоже, ему лучше.

Кертис резко останавливается.

– Кто-то взял с собой фонарик?

Мы втроем качаем головами.

– У меня с собой маленький, – сообщает Кертис. – Но если кто-то останется здесь, то нужно найти еще парочку. Прямо сейчас. Или хотя бы свечи.

В этом здании целые километры коридоров без окон. Я прикусываю губу, представляя, как же в них будет темно, если отключится подача электроэнергии.

Кертис отбрасывает сковородку в сторону и бежит по коридору. Брент трусцой направляется за ним.

– Эй, с тобой уже все в порядке? – кричу я вслед Бренту, но он уже далеко.

Хизер стоит в дверном проеме, скрестив руки на груди, словно хочет защититься таким образом.

– Ты видела здесь фонарики или свечи? – спрашиваю я.

– Не знаю, – отвечает она. – Я просто хочу выбраться отсюда.

В эти минуты я рада, что она находится рядом со мной. Я проверяю шкафчики в кухне, надеясь найти свечи, но безуспешно.

Почему всегда особенно хочется пить, когда нет воды? Я держу стакан под краном с холодной водой, но тонкая струйка прекращает течь до того, как стакан успевает наполниться хотя бы наполовину. Я выпиваю его до дна. Кто-то проходит мимо. Брент.

– Эй, если ты нормально держишься на ногах, принеси мне снега. Я умираю от жажды, – кричу я ему.

– Сейчас.

Он поднимает сковородку, которую бросил Кертис.

– Подожди!

Я достаю еще одну сковородку. Снег в основном состоит из воздуха, так что я не думаю, что из одной сковородки снега получится много воды.

Брент берет обе сковородки и уходит.

В кухню заходит Кертис с фонариком в одной руке и шарнирным бандажом на коленный сустав в другой.

– Это тебе. – Кертис протягивает мне наколенник.

– Спасибо.

– Тебе помочь?

– Сама справлюсь.

После того, что он сказал, я боюсь смотреть ему в глаза. Я поднимаю штанину (я все еще в штанах для катания на сноуборде) и аккуратно обматываю колено бандажом поверх термобелья.

– Нам нужно поговорить.

– Да, – отвечаю я, хотя не уверена, что хочу этого.

Кертис достает из кармана упаковку таблеток в фольге.

– Возьми.

Болеутоляющее. Дженерики, упаковка известной сети британских супермаркетов.

– Твои?

– Да.

Я украдкой (настолько, насколько сейчас это возможно) проверяю, не повреждена ли упаковка.

– Мне казалось, что ты не веришь в пользу болеутоляющих таблеток, – говорю я.

– Не верю.

И это показывает, какой он на самом деле. По крайней мере, каким я его считала. Это парень, который привозит обезболивающие таблетки на встречу старых друзей, хотя сам их не принимает.