Дрожь

Снег еще не успеет размякнуть.

Он внимательно смотрит на меня.

– Почему ты так сильно этого хочешь, Милла?

– Я же уже объясняла тебе. Я люблю выигрывать. Ты из всех людей должен это понимать.

– Я думаю, что ты хочешь этого больше, чем я.

– Мой брат – звезда регби. – У меня перехватывает дыхание. – Я хочу показать людям, что я тоже талантлива.

– У тебя на самом деле есть талант. – Его голос смягчается. – И тебе не нужны соревнования для доказательства этого.

Я прикусываю губу, чтобы не расплакаться.

– Знаешь, с кем я соревнуюсь, когда участвую в соревнованиях? – спрашивает Кертис.

– С Брентом?

– Нет. С собой.

– Что?

– Я пытаюсь сделать все наилучшим образом – как только могу. И пусть все остальные идут куда подальше. Да, я пытаюсь их победить, но я никак не могу контролировать то, что они делают. Я не могу ими управлять. Но я могу управлять собой. Забудь о моей сестре. Забудь о своем брате. Соревнуйся с собой и для себя.

Я вижу логику в его словах, и этот метод определенно срабатывает в его случае, но ему не пришлось всю жизнь играть в догонялки. Он родился первым. А мне не было уготовано такой роскоши. Я тяжело сглатываю.

– Ты не поймешь. Ты – старший.

И в этот момент мне в голову ударяет мысль. Кертис стал известным сноубордистом примерно в то время, когда мой брат прославился, как игрок в регби. И именно по этой причине Саския стала такой, какая она есть? Я сочувствую ей. Мне очень не хочется это признавать, но мы с ней очень похожи.

Кертис снова напрягается. В другой части зала Жюльен стоит весь красный.

– Мне нужно вмешаться, – заявляет Кертис и спешит к столику, за которым сидит его сестра.

Я беру «Оранжину».

– Это все чушь собачья, – говорит голос мне в ухо.

Я резко дергаюсь, поворачиваюсь и вижу Дейла, который оказывается рядом со мной у барной стойки. Он впервые заговорил со мной после нашего поцелуя.

– Не поняла, – вопросительно смотрю на него я.

Дейл кивает на удаляющегося Кертиса.

– Кертис Спаркс – один из самых амбициозных людей на земле. Он обожает состязания и соперничество. И еще он любит манипулировать людьми. Не верь ни единому его слову.

Глава 45

Наши дни

Мы с Кертисом лежим лицом к лицу на его узкой кровати. Ткань его термофутболки кажется очень мягкой, когда я касаюсь ее руками. Простыни пропахли им, и мне от этого так хорошо, что хочется плакать.

«Скажи ему». Но я могу только смотреть на него.

Судя по тому, как напряжены его челюсти, я чувствую, что он тоже ведет какую-то внутреннюю борьбу с собой.

– Чего ты хочешь? – спрашивает он тихим и мягким голосом.

Я так нервничаю, что меня всю трясет. Когда я не отвечаю, он поднимает ладонь к моему лицу, словно не может сдержаться, и проводит пальцем по моей нижней губе.

– Ты за этим сюда пришла?

У меня сжимается горло.