Право на выбор

Поднял на ноги, жадно вгляделся, обхватив лицо ладонями, и с тревогой спросил:

— Все в порядке, Кэти?

— Да… — Мое недоумение росло с каждой секундой.

— Ничего не хочешь? Наряды, драгоценности? А… — с досадой прервал себя сиятельный, — тебе это и не нужно. Тогда… новые сферы, изысканные сласти, редкие фрукты? Пробовала вадбу? Сейчас, правда, не сезон, но я прикажу, пусть ищут на юге, в оазисах Эаильма, — торопливо нашептывал он, будто не в силах остановиться. — Ты только пожелай, немедленно пошлю за ними.

Стало страшно.

— Не надо. — Отрицательно мотнула головой, насколько позволяли мужские руки: мое лицо так и не отпустили.

— Знаю, ты любишь гулять, наверное, мечтаешь вырваться отсюда… — Савард угрюмо насупился. — Как только выздоровеешь, заберу тебя, обещаю. А пока потерпи и… не делай глупостей, хорошо? — На последних словах его голос дрогнул.

— Ладно, — согласилась послушно, лихорадочно соображая, что же стряслось, — я подожду. — И, не выдержав, поинтересовалась: — Что-то случилось, господин?

Вместо ответа сиятельный, просто прижал меня к себе — так крепко, что казалось, сейчас раздавит. Осыпал быстрыми лихорадочными поцелуями волосы, глаза, щеки, на мгновение приник к губам и тут же отстранился.

— Гарард, — бросил отрывисто, — отвечаешь головой. Кариффа, ты должна все время находиться рядом, каждый миг. Даже в купальне. Кэти, — длинные сильные пальцы ласково коснулись подбородка, — я постараюсь сегодня прийти пораньше.

Еще один голодный жаркий поцелуй, и Савард покинул комнату. Так же стремительно, как появился.

Медленно опустилась в кресло, с недоумением глядя на закрывшуюся дверь. Что это было? Посмотрела на наставницу, которая выглядела не менее удивленной, чем я, перевела взгляд на мэтра.

— Гарард?!

Целитель даже отшатнулся, услышав наш слаженный хор.

— Рассказывай! — Тон Кариффы не допускал возражений.

— Мэтр, пожалуйста, мы должны знать! — Умоляюще прижала к груди руки.

Несколько долгих секунд мужчина колебался.

— Сегодня на рассвете наида императора пыталась покончить с собой, — наконец выдавил он.

Вионна хотела умереть? Вионна?!

Перед глазами замелькали картинки."

"Невысокое ветвистое дерево. Печальная тень в кресле-качалке. Аккуратно уложенные пепельные волосы, атласная кожа, милое лицо, бессмысленный взгляд. «Сегодня тепло. И вчера тоже было тепло. Летом почти всегда тепло. Хорошо…»

Вышитая бисером маленькая картина. Чудесные цветы, так похожие на разноцветных птичек, готовых в любую минуту вспорхнуть, раствориться в бескрайнем небе. Мечта гибнущей души о счастье, о свободе…

Наши встречи, мои рассказы ни о чем — отчаянная попытка растормошить, не дать женщине превратиться в умертвие.